credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Category:

Берта летом 2009 года. Железный Порт. Львов

Лето 2009 года. Железный Порт, Львов

Наконец, пришло лето, и мы с Бертой укатили на юга. Я уже описывала Железный Порт, мы там были за год до этого, летом 2008. В новом сезоне «Железка» - так населенный пункт прозывают в народе – стала еще больше запруженной народом, громче, суетнее и неуютней. Но зато мы нашли другое, лучшее место дислокации. Бывший пионер-, а нынче просто детский лагерь часть своей территории переоборудовал под базу отдыха, перестроил и начинил всяческими удобствами дощатые домики. Но нам больше всего понравилось расположение. База выходила прямиком на пляж и примыкала непосредственно к огромному заповеднику. Берта такая дислокация очень даже нравилась.

Мы жили вот в таком домике, шагах в двадцати от пляжа.

Поскольку домик был переделан из сарая (в сущности, сарай остается сараем и с кондиционером), то под ветхим полом шуршали грызуны. Берту это приводило в состояние, близкое к экстазу. Она всячески искала возможность познакомиться с нижними соседями поближе. Это доставляло немалые проблемы, поскольку домики стояли на сваях и между ними и уровнем земли были полости. Берта находила лазейку, чтобы влезть под домик, а вот чтобы выползти наружу – не всегда. Один раз она выбралась с разодранным о какой-то гвоздь животом.

Завтракали мы на свежем воздухе. Берта сидела под столом, кусочничала.

Обедать мы ходили в кафе, которое находилось в паре метров от входа в заповедник. Да и вход этот был чисто символическим. Просто на веревке болталась табличка с надписью «Внимание, заповедник! Вход воспрещен!». Но желающих позагорать на диких пляжах это мало останавливало…

Мы выходили на пляж рано, когда тени были еще длинными, а людей было мало. Берта совершала утреннее омовение в море и снова укладывалась досыпать.

Иногда ее приходилось вносить в море, такую разлюлянную красавицу…

Но когда солнце поднималось высоко и начинало припекать, Берта просыпалась. Она больше любила холод, чем жару. Обычно мы брали зонтик на пляж, под которым Берта пряталась от солнца. Иногда она спасалась от зноя, бродя по грудь в воде на мелководье. Пляж постепенно заполнялся народом, хоть этот участок в «Железке» - самый безлюдный.

И конечно, мы взяли в путешествие Бертину лодочку. Когда ее надували и несли к берегу, Берта бежала рядом, и стоило положить плавсредство на воду, как она заскакивала в него.

Когда день выдавался пасмурным, мы оставались на пляже и днем.

Но чаще случалось так, что полуденная жара стояла несусветная. А потому мы бежали с пляжа под защиту кондиционера. Берта любила чередовать холод и зной. А потому спустя какое-то время она требовала открыть двери и грелась вот так

После обеда мы еще немного загорали и купались. Но степной климат особенный: с заходом солнца начинал дуть ветер и находиться на пляже в купальниках было некомфортно. У нас было два варианта времяпровождения после обеда. Первый – это степь.

Нагретые за день травы так благоухали, что казалось, будто находишься внутри заварочного чайника. Берта от счастья каталась на спинке

А второй опцией было пройтись по пляжу в сторону центра поселка. Такой, знаете ли, обычай был у отдыхающих Железного Порта – встречать заход солнца на пляже. Хотя закаты тут так себе – солнце садится не в море, а в степь. Но обычай есть обычай, и мы часто прохаживались с Бертой вдоль кромки воды. Ей такая прогулка очень даже нравилась.

Иногда мы даже одевались красиво, чтобы зависнуть в центре поселка в каком-нибудь кафе. Берта чутко секла перемены в наше облике, поэтому начинала гонять местных собак, чтобы те даже не умали увязываться с нами на угощение.

Мы шли мимо ставших почти безлюдными пляжей…

Переходили пересохшее по летнему времени устье речки

А потом усаживались на пляже наблюдать закат. Провожать солнце выходили не мы одни. Люди сидели и на пирсе, и на берегу.

Когда солнечный диск уходил за горизонт, мы отправлялись гулять, погружаясь в самое средоточие беспутной жизни «Железки».

Если мы не ужинали в кафе, то находили другие развлечения. К примеру, поднимались вверх на колесе обозрения. Берта, приученная спать на подоконнике у открытого окна на 5-м этаже, относилась к колесу обозрения с олимпийским спокойствием.

Но по дороге назад, на нашу базу, Берта выказывала признаки усталости. Приходилось брать ее на руки.

Или массажировать лапки, приговаривая: «Мы бежали, мы бежали, наши лапоньки устали. Мы немножко отдохнем и опять бежать начнем». Берта дрыгала лапками в такт глупой песенки.

Какова же была ее радость, когда она добиралась до своей лодки, которая ночью, вкупе с одеяльцем, служила ей ложем.

Вот так мы проводили долгие и счастливые дни, которые, тем не менее, остались в далеком прошлом.  Хочу вспомнить еще один эпизод той счастливой поры.

Это мы во Львове, завтракаем (вернее, уже позавтракали) на балконе. Солнце еще не печет, ветерок колышет занавесками, а со спортплощадки раздаются такие звонкие детские крики, что дребезжит крышечка на кофейнике. Кошечка Зося (та, которая выпала из окна и после этого перестала расти) очень любила спать на шее у хозяек. Она уже умерла и тоже  осталась лишь воспоминанием о счастливых временах.

Tags: Солнце мое черное
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments