credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Category:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Берта в Крыму (Украина) - сентябрь 2007 года - продолжение

 В тот раз мы воспользовались деловой встречей Международной Амнистии в Балаклаве, чтобы остаться в Крыму подольше. Мы переехали в Рыбачье, поселок, о котором я уже неоднократно писала. Он славится широкими пляжами из мелкой гальки. Мы снимали комнату на втором этаже дачи с обширной верандой. В конце сентября, хотя стояла еще жара, это было совсем недорого. С веранды, в которую лезли настырные лозы винограда, открывались умопомрачительные виды на морскую гладь. Это здание стояло на склоне утеса, и к морю нужно было идти по красивой дорожке среди кипарисов.

 

 

Но дни становились все короче, и уже после четырех дня протягивались длинные тени. Берта ловила последнее тепло с нагретой гальки.

 

 

А когда ее окунали в море, обтиралась вот так:

 

 

А приведя себя в божеский вид (как по мне, она и мокрая выглядела очень красиво), участвовала в фотосессии на берегу. Гламурные дамы на ЮБК в свете уходящего бархатного сезона.

 

 

Иногда мы загорали не на пляже, а шли к мысу. Там располагались на больших камнях, а Берта тем временем начинала охоту на крабов. Крабов она побаивалась, а потому недолюбливала. Давно ей показывали большого членистоногого. Она к нему со всей душой, то есть ткнулась носом, чтобы познакомиться, а он ее клешней. После этого случая она выискивала их среди камней и облаивала. С медузами у Берты тоже не сложились отношения. Она почему-то ненавидела этих похожих на холодец существ. Чтобы их разорвать в клочья, она даже ныряла с камней или лодочки. А над выброшенными морем трупами глумилась.

 

 

И, конечно же, как всякий раз во время наших путешествий, нам не сиделось на месте. Мы часто ходили по берегу в Канаку. Это – очень удаленный от цивилизации пансионат, в него можно добраться, только если пройти пять километров вдоль моря или же накрутив километров пятнадцать по шоссе. Достигнув цели, Берта так уставала, что дремала полчасика в своей лодочке.

 

 

А еще мы посетили водопад Джур-Джур. Для этого туристам нужно доехать до Малореченского на маршрутке, потом до села Генеральского на попутке, а потом еще пилить пешком семь километров по грунтовке. Поэтому мы, чтоб не париться, наняли уазик с водителем. На сам водопад мы не пошли. Мы там уже были в прошлом году, а за это время вход стал платным. Поэтому мы просто погуляли по лесу. Берте такая прогулка после тряски в уазике была как бальзам на раны. Она валялась на спине и дрыгала лапками.

 

 


Но главным нашим путешествием в тот год стала поездка на Караби-яйла. «Яйлами» крымские татары называют полонины. Для жителей равнин поясню: это горные территории выше верхней границы леса, занятые альпийскими лугами. Мы арендовали тот же уазик и поехали по… вообще бездорожью. Оно началось, стоило нам миновать виноградники Рыбачьего, спрятанные в долинке за прибрежным холмом. Угол подъема был таков, что меня вжимало в спинку кресла. Да и скорость, несмотря на бездорожье, уазик развивал немалую. Поэтому я боялась, как бы не выронить на каком-то вираже Берту (в машине не было окон вообще). И когда мы добрались до места, я готова была целовать землю.

 

 

 

Но экстремальная поездка стоила того. Виды оттуда открывались просто изумительные.

 

 

А если подойти к краю пропасти, то поднимающиеся облака обволакивали тебя воскурениями из холодного пара.

 

 

 

Берта еще дома любила сидеть на подоконнике и взирать на двор с высоты пятого этажа. А тут такие открывались красоты, что только смотреть и смотреть. Моя красавица из pays haut (верховин)…

 

 

Караби-яйла сложена из известняка, в котором дожди образовали многочисленные промоины-пещеры. Зимой в такие пещеры (правильнее их назвать ямами) набивался снег. А узкий проход преграждал путь солнечным лучам, отчего сугроб за лето не таял. В результате снег накапливался, образуя ледяные сталагмиты. Нашей задачей было найти такую пещеру. Что, после получаса поисков, нам удалось. Спуск был еще экстремальнее, чем поездка в уазике. Я положила Берту в рюкзак, взвалила на плечи, взялась за край веревки, которую держал наш экскурсовод-водитель и стала спускаться, перебирая ногами по стене пещеры. Но комплекция моя увы, не для альпинистских подвигов. В какой-то момент ноги утратили опору и я заскользила по веревке. Ладони словно обожгло кипятком. Но благодаря тому, что я не разжала руки, несмотря на боль, мы с Бертой не убились, а благополучно спустились вниз. Берта была далеко не хэппи, спустившись в могильный холод. Голубое небо виднелось в щели над головой.

 

 

Я остудила многострадальные ладони о ледяной столб, чем заметно уменьшила его многовековой запас. А потом мы с Гильельмой так же выбрались наружу.

 

 

Берта, очутившись в солнечном мире, так обрадовалась, что стала носиться туда-сюда по травке.

 

 

Еще пунктом нашей экскурсионной программы было посещение запрудного озера-водохранилища, снабжающего водой несколько окрестных сел. Тут я тоже охлаждала горящие, будто в огне, ладони.

 

 

А потом мы приехали домой. Начались суровые (для меня) и скучные (для Берты) будни. Во Львов пришли затяжные дожди. По этому поводу у нас шутят: когда в Иудее дождь лил сорок дней, евреи назвали это Потопом. А во Львове это ежегодное явление называют «осенью». Итак, в эти серые, набухшие влагой дни, Берта с Ксюшей вылеживались на диване и ждали прихода солнечных дней.

 

 

У Берты во сне дергались лапки. Вероятно, ей снилась, как она бегает туда-сюда по высоким землям Караби-яйлы. 

 

 

 

Tags: Солнце мое черное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments