credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Categories:

Анн Бренон. Катарские женщины. Ч.4. 23. Одержимость смертью. Смерть и искажение

Смерть и искажение

После еретикации престарелой Гайларды, Праде Тавернье посоветовал ее детям не давать ей ничего, кроме свежей воды. Но впоследствии возникла распря, о которой Гийом рассказывает так:
«Пять или шесть дней спустя, когда моя мать не принимала ничего, кроме свежей воды, она почувствовала себя немного лучше и попросила есть. Моя сестра Маркезия не захотела давать ей ничего, кроме воды, как предписал еретик. Тогда моя мать стала упрекать свою дочь за то, что она не дает ей поесть, и стала спрашивать о причине этого. Маркезия ответила, что она не дает ей есть, потому что она была принята еретиком в его веру и секту, и что она теперь не должна ни пить и ни есть, кроме воды, потому что таков был наказ еретика. Я тоже вмешался, чтобы сказать нечто в этом роде. Тогда она ответила, что не желает следовать приказам еретика, но хочет есть.»

Гийом Эсканье добавил также, что Добрый Человек Жак Отье, который тем временем прибыл в Арк в дом Пейре, узнал об этой истории и сказал, что мать Гийома – злая старуха,  проклявшая свою дочь, которая хотела ей только добра. Слухи это или нет, но все это производит весьма тягостное впечатление. В этот черный период последнего катаризма, кажется, что-то болезненное овладело волей и умами людей. Разумеется, наше восприятие обусловлено мрачным путешествием по документам Инквизиции. В соответствии с весьма целенаправленными вопросами религиозных судей, эти документы представляют только реляции о consolament умирающих, о приготовлениях к похоронам, о страхе утратить Спасение, и все это в окружении доносительства, пожизненных заключений в застенках, лишенных света, отблесков костров, эксгумации трупов, разрушении домов. Люди как бы оказывались между перспективой того, что вся их жизнь рухнет, с одной стороны, и бегством в хорошую смерть с другой.
Мы уже упоминали о том, как изменилось во второй половине XIII века значение таинства consolament. Силою обстоятельств, consolament для умирающих совершалось намного чаще, чем посвящение Добрых Христиан, и потому роль «соборования», заключающаяся в возложении рук Добрых Людей, стало воплощать в себе реальность Спасения. Особенно для женщин, которым монашеский путь Совершенных был отныне закрыт, и потому consolament для умирающих содержал всю их надежду и представлял собой окончательное, главное значение их жизни. Если они не могли больше жить «катарами», то они просто хотели умереть «катарами». И они были убеждены, что этого достаточно для Спасения. В эти времена гнева и опасностей, когда зрелища, устраиваемые Инквизицией, предвосхищали все эти мерзкие болезненные явления позднего Средневековья с его плясками смерти, чумой, процессиями флагеллантов, последние верующие женщины старого катаризма выражали всю свою веру в отказе от мира зла в самом абсолютном проявлении, буквально интерпретируя ставшие столь редкостными послания Совершенных. Но не особенно им противореча.
Таково было безрассудное мужество Сибиллы Бэйль, ее отчаянная преданность осужденному, но праведному делу. Ее уверенность в том, что свет не может быть на другой стороне. Ее отказ отречься от веры, когда ее поймали и допрашивали.
В начале XIV века жгли уже простых верующих. Женщин, уличенных в повторном впадении в ересь, и простых верных, отказывающихся признать, что их вера в еретиков была плохой. Так было и с Сибиллой Бэйль, которая, очевидно, никогда не смогла бы стать Совершенной, ни даже быть еретикованной на ложе смерти, потому что у нее даже не было этого самого смертного одра. Мы не знаем, ни кто ее допрашивал, кто регистрировал ее отказ отречься, ни даже кто осудил ее на костер и передал светской власти. Мы не знаем, была она сожжена в Каркассоне или Тулузе. Текст ее приговора не сохранился. Но текст приговора другой доброй верующей, почти что ее закалки, Стефаны де Пруад из Тулузы, провозглашенного в 1307 году инквизитором Бернардом Ги, может дать нам представление о содержании подобных прокламаций:
«Поскольку законным и очевидным образом из твоих преступных утверждений стало ясно, что ты, Стефана де Пруад, дочь Мартина де Пруад, вдова Пьера Жильберта, пропитана зачумленными доктринами еретиков, что ты поддерживала и повторяла недопустимые и омерзительные заблуждения против католической веры, святейшей Римской Церкви Господа Нашего Иисуса Христа, отрицая, что Его воплощение могло совершиться в профаном теле женщины, отказываясь признать принцип воскрешения человеческих тел, приписывая творение видимого дьяволу, который, как ты уверяла, является князем мира сего, и отрицая всемогущество Бога; что ты отказываешься, отрицаешь и осуждаешь оскорбительным способом, согласно неблагочестивым еретическим заблуждениям, собрание семи таинств нашего Спасения, а именно – крещение материальной водой, осуществленное над младенцами, таинство святого тела и святой крови, которыми становятся хлеб и вино на алтаре Господа Нашего Иисуса Христа, и исповедь… и что соборование больных, совершенное с помощью материального масла, как ты говорила, не стоят ничего, и предпочитала ему ненавистное возложение рук, которое они называют духовным крещением, или consolament или принятием и счастливым концом; и что ты одобряешь жизнь, секту и веру означенных еретиков, которые ты рекомендовала, защищала и поддерживала, уверяя, что нет иного Спасения, кроме как для тех, кто принят ими в их секту…»[1].
Будет лучше резюмировать дальнейший текст, который может запутать нас своим многословием. Будучи глухой ко всем слезным увещеваниям инквизитора и его заместителей, а также многочисленных Братьев-Проповедников, меньших братьев и братьев всех орденов, честных мирян города Тулузы и даже собственной семьи, - рутинная инквизиторская формулировка, - обвиняемая не пожелала оставить свои заблуждения и снова вернуться в лоно нашей святой Матери-Церкви, вне которой нет никакого Спасения… Вследствие чего она должна быть объявлена еретичкой и передана светским властям. Что означает, что она должна быть сожжена живьем, поскольку светская власть, то есть юридическая гражданская власть, должна была взять на себя обязанность исполнять всякие низкие дела, канонически запрещенные христианским клирикам (которые тоже ведь читали в Евангелиях «не убий»).
Таков приблизительно приговор, выслушанный Сибиллой Бэйль. Стефана де Пруад, в конце концов, испугавшись приготовлений к костру, решила в последний момент отречься. Тогда последовал новый приговор осуждение на публичное и торжественное отречение в кафедральном соборе Сен-Этьен в Тулузе, которому она покорилась, а затем была помещена в тюрьму для совершения покаяния. А вот Сибилла Бэйль не покорилась и взошла на костер. Надеялась ли она, пожертвовав своей жизнью, на Спасение? Ведь она не получила возложения рук. Чему могла послужить ее смерть, кроме нового воплощения и нового прохождения того же пути? Или же ей представлялось, что мученическая смерть в огне имеет ценность последнего таинства? Самопожертвование Совершенного могло иметь смысл во внутренней логике религиозной системы катаров. Но самопожертвование простой верующей, еще не освобожденной от зла путем consolament, и не произнесшей ни одного обета?
Сибилла Бэйль и все те, кто, как и она, предпочли костер без всякой гарантии Спасения, даже еще более ясно, чем Добрые Люди, продемонстрировали волю последний раз засвидетельствовать свои убеждения перед лицом всего мира. И что кажется особенно важным в этой подпольной активистке, так это не столько то, что она решилась на мученичество с целью обеспечить собственное Спасение, сколько демонстрация того, что ее вера настолько хороша, что она не может сознательно ее отвергнуть. А также желание показать еще раз, самим ужасом своей смерти, что этот мир – мир зла. Сибилла умерла непобежденной.




[1] Приговоры Бернарда Ги в Philippe LIMBORCH, Historia Inquisitionis, op.cit., p.5-6.
Tags: Анн Бренон книги, Анн Бренон. Катарские женщины, Катары катаризм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments