credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Category:

Анн Бренон. Катарские женщины. Ч.4. Катарские семьи. 15. Cердечная подруга

Сердечная подруга

               На самом деле у Бернара де Кидерс была любовница – дама Барона, жившая в одном из домов Ма-Сен-Пуэлль. А вот она как раз явственно любила еретиков. Раймон де На Амелья из Ма вспоминает, что около 1230 года он часто видал у нее Бертрана Марти, будущего епископа Тулузен, с его товарищем, и что вся интеллигенция castrum собиралась там, чтобы послушать его проповедь. Разумеется, там был Бернар де Кидерс со своими братьями-совладельцами, Жорданом и Гайлардом, Пьер Гота старший, общественный нотариус, врач Гарнье, отец свидетельствующего, а также многие другие[1].

              

Жордан Сайс, сеньор Камбиака, даже не пытался изворачиваться, объясняя в свою очередь инквизитору, что передавал лен для пряжи женщинам-еретичкам через посредничество Гильельмы Турнье, своей любовницы, и Валенсии, любовницы его сына Гийома[2]. От вездесущей Эймерсенды Вигье мы даже знаем, что Гильельма Турнье в основном жила в Тулузе, а означенная Валенсия была женой некоего Пьера Валенса. Страдала ли эта добрая верующая, любовница сеньора от дурного нрава законной супруги, кичащейся своим положением и не расположенной к Добрым Людям?

               Практика свободных союзов, заключающихся вне супружеских уз, несомненно была во времени «золотого века» продолжением логики десакрализации брака, исходившей от катарского христианства. Вот два примера из 1240-х годов: в Ма-Сен-Пуэль Арнот Местр получает на ложе смерти consolament из рук Добрых Людей Раймона де На Рика и Бернарда де Майревилля. У его ложа присутствуют Гильельма Компань, его amasia, его подруга, дочь башмачника из Ма, который тоже присутствует там, при счастливом конце своего практически зятя, вместе с другими соседями. А еще Радульфа, «которая тоже была любовницей умирающего» [3] Термин amasia (подруга/возлюбленная), употребляемый здесь для обозначения обеих молодых женщин, является бесконечно более поэтическим и сентиментальным, по крайней мере, для наших ушей, чем слово «любовница». Мы еще встретимся с этим феноменом, рассматривая показания выживших в Монсегюре.

               И последний пример, позволяющий нам заглянуть в сердце катарской семьи. Ночь, Отпуль, высокогорный castrum в Монтань Нуар, со стороны Альбижуа. Пьер Дайд за столом, в своем доме. Рядом с ним, разделяя его трапезу, сидят две молодые женщины: Гильельма, его amasia, и Бернарда, дочь господина Баро Виллемань, соседа и местного нотабля. Раздается стук в дверь: входят Аймери дю Коллет и его товарищ, подпольные еретики, которые часто навещали эти высокогорные земли. Они обмениваются несколькими словами, а потом двое Добрых Людей выходят из дома, чтобы зайти в замок Отпуля[4] Мерцающий свет и ночной холод. И в круге света три молодых лица…





[1] Показания Раймона де На Амелья, из Ма-Сен-Пуэлль, in ibid f 6 b. Заметим, что несмотря на то, что свидетельствовавший является сыном Гарнье, его фамилия – это «матроним».

[2] Показания Жордана Сайс, сеньора Камбиака, in ibid f 238 b.

[3] Так свидетельствует Бернар Текстор, один из местных ткачей, Ms.609, f 28 b.

[4] Показания Пьера Дайд, из Праделлес-Кабарде, содержатся в 24 томе Doat. Аймери дю Коллет в те времена быд катарским епископом Альбижуа.

Tags: Анн Бренон книги, Анн Бренон. Катарские женщины, Катары катаризм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments