credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Categories:

Анн Бренон. Катарские женщины. Ч.3.Окситанские женщины. 12. Продолжение 2. Катарские девушки

Катарские девушки

                В первые годы XIII века, в своем роде «золотого века» - во всяком случае, во времена мира – мы встречаем в окситанском катаризме, через посредство рукописей, множество молодых женщин и девушек, которые пытались вступать в дома Церкви. Мы еще посвятим им несколько глав, но сейчас поговорим о двух из них.

        

      Одиарт Эбрар приняла concolament посвящения около 1206 года из рук диакона Изарна де Кастра и его товарища в доме Совершенных Женщин, которым управляла Бернарда Рекорт из Вилленев-лэ-Комталь, в Лаурагэ. Она осталась в доме Церкви:

                «В течение года она молилась, постилась, поклонялась еретикам, слушала их проповеди и делала все то, что еретики делали сами и просили ее соблюдать. Потом она оставила секту и вышла замуж. Это было сорок лет тому» [1].

                В 1246 году она получила от епископа Тулузы письма о прощении всех своих грехов, в которых она исповедовалась покойным инквизиторам, Брату Гийому Арноту и его товарищу, получив относительно легкое покаяние: ношенье желтых крестов на одежде, знаков бесчестия, в чем она призналась в 1246 году перед инквизиторами Бернардом де Ко и Жаном де Сен-Пьер, а также в том, что она эти знаки часто скрывала… Одиарт Эбрар – всего лишь одна из этих юных девушек, притянутых аурой религиозного дома, но не имеющих глубинного призвания…

                Дульсия, вдова Пьера Фора или Фабра, из той же деревни, давала показания в тот же день и год (1246), рассказывая инквизитору очень похожую историю. В 1206 году Дульсия, сбежав от мужа, нашла убежище в катарском доме, которым публично управляла в Вилленев-лэ-Комталь Совершенная Гайларда и ее подруги. Добрые Дамы увели ее тогда в Кастельнодари, в дом и общину, которой управляла Бланш де Лаурак, где она оставалась целый год:

                «Я ела с ними хлеб, благословленный ими, и множество раз поклонялась им на коленях, и множество раз слушала их проповеди».

                Также она пришла – без сомнения, с целью обучения – в дом, которым управляла в Лаураке Совершенная Брунисенда и ее подруги, где она оставалась сначала год просто так, слушая проповеди и совершая melhorier, а потом даже стала собственно послушницей, и жила так два года в обществе Добрых Дам. Но она добавляет: «Я не была еретикована, потому что, будучи слишком молодой, я была неспособна делать то, что учили соблюдать еретики. Я слышала, что они говорят о видимых вещах, но я не верила в то, что они говорят» [2].

                Это свидетельство особенно интересно. И не только потому, что оно показывает нам, что Бланш де Лаурак, после того, как она управляла домом у себя в Лаурак, в 1206 году была управительницей еще и дома в Кастельнодари (она также открыла катарский дом, как всегда на своих землях, также в Монреале). Оно интересно еще и информацией о cursus – пути, который собиралась пройти молодая женщина, привлеченная религиозной жизнью, и, без сомнения, отмеченная Церковью в качестве достойной получить образование послушницы. Разумеется, Дульсия защищалась перед инквизиторами, уверяя, что совершенно не верила в то, что учат еретики «о видимых вещах» - то есть, их евангельскому дуализму. При этом кажется, что здесь речь идет именно о каком-то конкретном этапе обучения в общине, когда она действительно слушала наставления в области метафизики, а не о том времени, когда она была еще простой слушательницей среди других на протяжении как минимум двух лет. Однако самым замечательным в этом всем, возможно, является вроде бы странное обоснование отказа от consolament, которое ускользнуло от внимания инквизитора. Дульсия, замужняя молодая женщина, явно несчастливая в браке, оставившая супружеское гнездо, проведшая много лет в доме Совершенных и хорошо обученная во время своего послушничества у Бруниссенды в Лаураке, вовсе не была маленькой девочкой, слишком юной для «различения добра и зла», как тогда говорили, и для крещения Духом.

                Конечно, в этот период встречаются юные девушки, вышедшие замуж слишком рано, как вот Пиктавина, Пейтавина на окситан, или Пуатвин на французском, жена рыцаря Раймона Изарна д’Альборенс, которая рассказывала инквизитору, что когда ее первый муж получил consolament для умирающих, то она в нем не участвовала, «потому что она была слишком юной и не жила еще с означенным мужем» [3]. Но реальность в целом была иной. По-настоящему, Дульсия хочет сказать, что она чувствовала себя еще слишком молодой, слишком преисполненной жизненного аппетита, чтобы следовать суровым правилам и аскезе Добрых Дам, большинство из которых были, очевидно, женщинами в возрасте, зрелыми, и так уже понемногу отказывавшимися от мира, имевшими за плечами прожитую жизнь. Это упоминание, слишком единичное для того, чтобы можно было оценить его истинность, тем не менее, весьма драгоценно для описания катарской аскезы.

                Возможно также, но она не говорит об этом ничего, ее муж или кто-либо из ее окружения явился за ней, чтобы увезти ее в мир или, по крайней мере, в семью. Так было в случае с Фабриссой, или Форессой на окситан, одной из невесток Совершенной Гарсенды дю Ма, которая также оставила супружеский дом, чтобы стать послушницей подле своей свекрови. Но ее муж, Гийом, один из местных совладельцев, в конце концов смог переубедить ее и увести обратно… Что до Совершенной Бланш, открывавшей катарские дома в городах и замках, госпожой которых она была, то она достойно вырастила в своей вере всех своих детей, ставших надежной опорой Церкви во всем окситанском обществе, от Лаурагэ до Биттеруа и от Тулузен до графства Фуа.

                Фактически, после начала крестового похода 1209 года, изменившего Историю, две ее дочери, Мабилия и Наварра, дама де Сервиан, умерли Добрыми Христианками; еще одна дочь, Жеральда, дама де Лавор, была замучена Симоном де Монфором; а последняя дочь, Эксклармонда, дама де Ниорт, прожила жизнь сильной женщины, супруги и матери неустрашимых фаидитов. Единственного известного нам сына Бланш, Аймери, сеньора Монреаля, тоже ждал трагический конец, как и его сестру – он был повешен с перерезанным горлом вместе с шестьюдесятью или восемьюдесятью рыцарями после взятия Лавора в 1211 году. Теперь у нас есть возможность рассмотреть все подробности подобного участия - как социального, так и культурного характера - и знатных женщин, и городских жительниц, в отважных духовных предприятиях, несмотря на огромные испытаний.




[1] Показания Одиарт Эбрар, из Вилленев-лэ-Комталь, в рукописи 609 Муниципальной Библиотеки Тулузы, реестр Бернарда де Ко, f.184a. Инквизитор Гийом Арнот, доминиканец, и его собрат Этьен де Сен-Тибери, францисканец, перед которыми свидетельница давала показания ранее, были убиты в Авиньонет в 1242 году.

[2] Показания Дульсии Фор, in ibid, fol. 184b.

[3] Показания Пуатвин д’Альборенс, из Лаурак, in ibid, fol. 191 а.

Tags: Анн Бренон книги, Анн Бренон. Катарские женщины, Катары катаризм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments