credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Categories:

Начинаю публикацию своих переводов тут

Заранее прошу извинить тех, кто уже это читал, но кроме других сайтов решила завести и собственную библиотечку :-)


Средние века и религиозные диссиденты: катары и бегины, XI--XIV- столетия

 
(Benoоt Beyer de Ryke — FNRS / ULB)

 
Из материалов международного коллоквиума " Секты" и "ереси" от античности до наших дней
Брюссельский Унверситет, институт религиозных исследований, Брюссель 2-3-4 мая 2002

 
В этом выступлении я позволю себе вначале презентовать новые тенденции в историографии средневековых ересей, а именно, то, что сейчас называют "коперниканской революцией" в подходе к изучению самого факта ереси (раньше, вместо того, чтобы выяснить, что на самом деле представляла собой так называемая ересь, стремились представить ее, исходя из антиеретических взглядов господствующей Церкви, которая "считала" определенные взгляды ересями, поскольку это лучше упрочивало ее власть). Затем, чтобы иллюстрировать этот новый подход, я рассмотрю два особенных случая таких средневековых "ересей", а именно: катаризм и движение бегинов. Я презентую учение каждого из этих явлений так, как они нам известны (и учитывая, что источники о них написаны противниками, и следовательно требуют критического подхода), затем я перейду к репрессиям против них, которые осуществлялись от имени экклезиальной власти. Вывод, который становится ясным из анализа этих тенденций и фактов: ересь возникает только тогда, когда Церковь и политическая власть заставляют ее существовать. 

Историография средневековых ересей: "коперниканская революция" в подходе к изучению ересей
Мы можем считать, что великий историографический поворот в подходе к средневековым ересям произошел в конце 80-х годов и связан с появлением работ английского историка Роберта Мура [1], где абсолютно пересматривается значение терминов, употребляемых обычно в истории ересей. Если раньше считалось, что после 1000 года наблюдается внезапный расцвет ересей, против  которых Церковь вынуждена была защищаться, перейти в контрнаступление и подтвердить свои догматы, то Роберт Мур переносит акцент на деятельность самой Церкви, которая в процессе своей реформаторской деятельности стала исключать из общества определенные группы людей: сначала это были еретики, потом евреи, а потом прокаженные, - и таким образом утверждала свою власть. Таким образом, в Европе около 1100 года была создана структура "общества преследования".  
Обвинения в ереси - это новое явление в истории Средневекового Запада. В целом, в Западной Европе после казни Присциллиана из Авилы в 385 г.  не было ни обвинений, ни осуждений за преступление ереси [2]. После исчезновения арианства [3] (во Франции с VI-го века с момента правления Хлодвига и его сыновей, в Италии после распада остготского королевства Теодориха, в Испании после обращения в  587 визиготского короля Рекареда), мы не находим никаких свидетельств, указывающих на то, чтобы в Западной Европе были какие-либо открытые выступления против католической веры. Первые приговоры за ересь вновь появляются только в 1022 году: дюжина орлеанских каноников были сожжены живыми по приказу короля Реберта Благочестивого. [4] Нужно в таком случае разобраться: отчего наступило такое долгое "молчание" по поводу ересей в течение семи веков. И тут мы видим одну интересную вещь: реформаторское и постреформаторское западное христианство вновь открывает для себя и актуализирует идею ересей одновременно с тем, как папство утверждает понятие воинствующей Церкви (именно тогда разрабатываются понятия священной войны и раздаются призывы к крестовым походам). Вслед за Робертом Муром, такие ведущие историки как Моник Зернье [5], Анн Бренон [6], Доминик Ионья-Пра [7] вносят свой вклад, каждый в присущей им манере, в этот историографический переворот: они также своими исследованиями подтверждают, что понятие ереси было фактически "изобретено" [8] средневековой Церковью для оправдания своих претензий на мирскую и светскую власть. Для того, чтобы иллюстрировать этот способ постижения истории, я хотел бы рассмотреть два движения средневековых диссидентов, среди множества тех, которые появились на свет в ту эпоху. В этих двух случаях я продемонстрирую, что мы имеем дело с христианскими течениями (конечно иногда неортодоксальными), которые были отвергнуты как еретические исключительно вследствие давления церковных властей.
 
Два конкретных случая: катаризм и движение бегинов
Катаризм
В какой период существовал феномен катаров? Мы можем дать следующую хронологическую вилку: XI- XIV-века (последний совершенный катар, Белибаст, сожжен в 1321году). Что касается географии катаризма, то это, прежде всего Лангедок на Юге Франции,  это движение было распространено и в Ломбардии, и в Шампани, и во Фландрии и в рейнских землях. Тем не менее, географическим центром этого феномена был все же Юг Франции. Еретики для Римской Церкви (Бернар из Клерво видел в них «aпостолов Сатаны»), катары считали себя истинными последователями Иисуса Христа. Кем они были на самом деле, и чем было их учение - это будет первое, что я рассмотрю здесь [9], прежде чем переходить к репрессиям против них, и целям и задачам этих репрессий.  
Проблемой поиска информации и знаний о диссидентских движениях Средних Веков (да без сомнения и других эпох) являются источники. Очень хорошо выразился с свое время  Жорж Дюби, « мы не знаем ничего о ереси, кроме как со слов тех, кто ее преследовал и уничтожил, и читая либо приговоры либо акты отречения ». Таким образом, именно с точки зрения победителей мы должны чаще всего судить о мнениях побежденных, а это недопустимо. С другой стороны, исследования пастора Наполеона Пейрата во второй половине XIX-ого века [10], а также книги его последователей фактически сформировали популярный в эзотерических кругах миф о катарах, который, конечно, поражал воображение, но имел небольшое отношение к серьезному историческому знанию. [11] В 50-е годы проблема катаризма казалась решенной: для теологов и историков религии, изучавших это явление, речь шла о средневековом возрождении особого вида зороастризма и манихейства (12), внешнего для христианства Средневекового Запада, и попавшего в латинский мир через павликиан [13] и богомилов [14]. Сегодня этот подход абсолютно изменился, прежде всего, на основании открытий новых первоисточников  катаров, опубликованных только в середине XX-ого века [15], а также критического прочтения документов Инквизиции (о которой  мы знаем, что она была основана папством около 1233 года именно для того, чтобы бороться против катаризма). Современные исторические исследования возвратили катаризму его христианское происхождение: катаризм является одним из видов средневекового христианства. Именно христианства, а не другой религии, происходящей из Персии и внешней по отношению к христианству. В этом контексте, ересь катаров следует рассматривать не как факт просачивания восточного манихейства в западное христианство, а как ответную реакцию на развитие и последствия грегорианской  реформы. Огромная заслуга в том, что эта точка зрения была принята современной историографией, принадлежит прежде всего историку Анн Бренон, которая первой для международной аудитории продемонстрировала взгляд на катаризм как на христианство в полностью христианском контексте, уничтоженное христианской же властью. Анн Бренон пишет: « Катаризм стал еретическим, потому что был объявлен таковым. Можно это игнорировать, или не обращать на это внимания, и говорить о том, что существовало только одно христианство, но это не так с точки зрения истории. » [16] В итоге, можно следующим образом суммировать точку зрения современной историографии на катаризм: катары были христианами, которых Римская Церковь, в своем ортодоксальном наступлении, объявила еретиками.  
Перед тем как говорить об учении катаров, я хочу сказать несколько слов о терминологии. Сегодня, мы охотно употребляем термин  "катары" и это нам кажется само собой разумеющимся. Но мы слишком быстро забыли, что сами они никогда не называли себя таким образом (они определяли себя как христиане) и что это слово имеет негативную окраску. Большинство людей считает, что термин "катары" происходит от греческого слова "чистые". Но намного меньше известно то, что это слово было придумано в 1163 году в рейнских землях - а не в Лангедоке - клириком Экбертом де Шонау [17]  который, сообщая о сожжении еретиков на костре, употребляет слово "катары", используя игру слов и псевдо-этимологию  - по гречески это означает "чистые" (здесь Экберт намеренно использует ссылку на античное манихейство), а на латинском языке -колдуны и поклонники котов от catus ("кошка")[18]. Теолог и ересиолог Алан Лильский (умерший в Сито в1203 году) также иронизирует по поводу этого названия, говоря, что их называют таким образом « потому что они целуют кота в зад, и таким образом почитают Люцифера ». Итак, этого слова "катары" не употребляли по отношению к ним, в любом случае почти никогда в Лангедоке. Это только в работе  Карла Шмидта, История и учение секты катаров или альбигойцев [19), опубликованной в 1848-1849 годах, этому слову было придано более благородное значение, и эта работа фактически ввела термин "катары" в научный оборот и принесла ему популярность. На юге Франции, катаров часто, с 12 века -  но опять-таки их противники - называли "альбигойцами " [20], так как видели в городе Альби важный центр этой ереси (точка зрения, снова поставленная под сомнение современными историками, которые не считают больше, что в Альбижуа был главный очаг движения). « Кaтары "," альбигойцы », эти названия пока что остаются в историографии, так как они удобны для определения "еретических" христиан юга Франции. Думаю, что постепенно они будут выходить из употребления, а нам нужно всегда иметь в виду, что эти термины даны нам исключительно в полемическом контексте и являются изобретением клириков и облеченных властью лиц, враждебных к течению, которое они описывают.
 
Учение катаров
Теперь я перехожу к презентации самого учения. Основанное исключительно на христианском Святом Писании, оно, тем не менее, не предлагает единой его интерпретации. Что же было существенным в проповедях катаров? Принципиальной проблемой, которую они пытаются решить, это происхождение зла. Катары действительно соглашались с тем, что Бог является абсолютным благом и основой происхождения всех вещей. Но как  возможно тогда, чтобы от этого благого Бога произошло злое творение (тем более, что они считали, что ад находится в нашем мире)? И как объяснить это без введения особого принципа зла, так называемого Бога зла, как, в конечном счете, пыталась представить дело Инквизиция, чтобы иметь возможность связать катаров и манихейцев? Надо подчеркнуть, что любое христианство  фундаментально дуалистично. Но у катаров был настоящий дуализм, который сильно отличается  от римской догмы, дуализм появившийся именно в XIII-ом веке  -  это дуализм творения. Катары и в самом деле были фундаментальными дуалистами.  Согласно их мнению, Бог является единственным творцом, это благой Бог, о котором говорил Христос, автор истинного творения (духовного). Исходя из метафоры про худые и добрые деревья, которая фигурирует в Евангелии от Матфея (7, 17-18) и которая является очень существенной для теологической  мысли катаров, творением благого Бога, Бога, который есть любовь, может быть только подобное ему, хорошее и совершенное. « Худое дерево приносит и плоды худые; не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. » Добрый плод доброго дерева должен быть только благом и светом. Но тогда таким творением не может быть материальный мир, поскольку в нем  существует зло. Согласно катарам, всеблагость Бога преобладает над Его всемогуществом. Отсюда следует, что зло является производным другого принципа. «Бог не  желает зла и не может его делать… Поэтому нам следует по необходимости признать, что есть другое начало, начало зла, которое самым отвратительным образом действует против истинного Бога и его созданий. И это начало, как представляется, подвигает Бога против Его же собственных созданий и создания против их Бога » (Книга о двух началах) [21]. Катары часто трактовали Старый и Новый Завет символически, и излагали свою доктрину согласно этой экзегетике. Бог - единственный Творец,  потому что Его творения - это единственная реальность, которая может существовать в вечности. Это означает, что для дуалистических христиан XIII-ого века, которыми были катары, нет никакого другого ада, чем наш мир. Злое творение, этот мир, управляемый принципом зла, является только временной манифестацией зла.  Если бы зло могло проявиться в вечности, оно было бы таким же сильным, как и благо. Мир сей, князем которого есть Сатана, тоже подлежит законам времени и является конечным. В этом пункте делается серьезный шаг, продемонстрировавший реальное расхождение между катарами и римо-католической догматикой, и расхождение очень существенное: они соглашались с тем, что дьявол - это Князь мира сего (Церковь это тоже принимала, приписывая происхождение зла восставшему ангелу), но говорили, что дьявол одновременно и создатель этого мира (в системе катаров дьявол оказывается принципом зла, абсолютно чуждым Богу). Но в Книге Бытия сказано, что  мир создан Богом и что он хорош именно поэтому. Поэтому без сомнения из всех книг Библии, единственной книгой, которую катары отклоняли абсолютно, была книга Бытия, которую они считали злой сказкой. Такое видение мира выглядело подрывным как по отношению к римо-католической догматике, так к и идее понтификальной теократии, основывавшейся на политическом августинизме, согласно которому папство и Церковь представляют здесь, на земле, Град Божий. [22]. Катары  XIII-ого века, исходя из своих взглядов, отрицали вечный ад и проповедовали, что все души являются благими и равными между собой, так как они все созданы Богом, и хотя они заключены в этом мире, но рано или поздно они спасутся.
Следует разрушить традиционное восприятие катаризма как пессимистического, восприятие, автором которого является Боссюэ ( XVII-ый век). Ад не является угрозой, простирающейся до Страшного суда, ад есть здесь и сейчас. Но все души будут спасены, в том числе и души инквизиторов, при условии, если в этой или другой жизни они получат крещение через наложение рук. Таким образом в конечном счете все доброе творение должно возвратиться к Творцу. Это настоящий фундаментальный оптимизм. Нет никакого вечного проклятия. Таким образом, катары являются христианами, которые пожертвовали всемогуществом Бога ради Его бесконечного милосердия. Всемогущество Бога ограничено как злом, так и материей. Но Его милосердие бесконечно, у него нет границ. Было бы немыслимо, чтобы этот бесконечно милосердный Бог мог обречь хоть кого-нибудь на вечное проклятие.
Cвятой Дух был для катаров основой спасения. Крещение, которое делает кого-либо христианином, для катаров - это наложение рук, через которое сходит Дух Святой. Католическая Церковь уменьшила значение наложения рук, которое было составной частью обряда крещения у первых христиан, и снизила его значение до  таинства рукоположения. Конечно же, если именно Святой Дух является главной основой спасения, то в таком случае это заставляло их иначе смотреть на роль Христа и Его природу. Катары колебались между двумя очень старинными традициями, популярными в первые века христианства: адопцианизмом (Христос не Бог-Сын, но приемный Сын Бога, это творение Божье, но Он не единороден Отцу, как это говорится в Credo) и докетизмом (против которого во II-ом веке выступал Ириней Лионский; термин этот происходит от греческого слова dokein, " paraоtre », и означает что Бог воплотился только по видимости). Для большинства катаров материя была слишком нечистой, чтобы Бог мог иметь настоящую человеческую плоть. Доказательством этой видимости для катаров было то, что Христос мог ходить по воде, исчезать и появляться и т.д. С католической точки зрения, Христос воскрес не в том теле, в котором перенес свои Страсти, но в теле славы, в теле духовном, нематериальном (хотя были катары, разделявшие и эту точку зрения). Для большинства катаров Христос не ждал своего воскресения, чтобы иметь тело славы, оно было таким с самого начала. Материальность Христа для них была только видимостью. С точки зрения катаров было трудно объяснить рождение Иисуса. Они приуменьшают роль Марии в этом процессе. Для них Христос прошел через Марию, как воды через трубу, она стала как бы воротами выхода Его в  этот мир. Плотская, человеческая природа Марии не играла здесь никакой роли. Это не является настоящим Воплощением, так как Бог слишком высок для того, чтобы воплотиться в реальном человеческом теле (хотя, как мы знаем, Джованни де Луджио считал иначе). Христология катаров таким образом отличалась от христологии римского христианства, такого, как оно кристаллизировалась, систематизировалось и догматизировалось, между XI-ым и XIII-ым веками. Тем не менее, мы не можем  на этом основании отказать им, как это делали в прошлом, в имени "христиане", так как они сами определяли себя как христиане, а совокупность их теологических рефлексий основывалась только и исключительно на христианском  Святом Писании. Справедливо, что их христологические концепции абсолютно отличались от общепринятых в католицизме XIII-ого века. Но тогда следует напомнить, что первые христианские Церкви первых веков очень колебались в определении и трактовке природы Христа, пока не был установлен догмат о Христе Сыне Божьем, так как теперь его знаем мы. Согласно убеждениям катаров, роль Христа состояла не в том, что он искупил грехи человеческие, страдая и умирая на кресте. Катары были христианами, для которых милосердие Божье было важнее Его всемогущества (так же как Пятидесятница по своему значению была для них важнее Пасхи), и согласно им абсолютно благой Бог не мог использовать дурных средств для достижения благих целей. Страдание  - это дьявольское изобретение, оно не может ничего искупить. Бесконечно благой Бог не мог послать своего Сына на муки. Что было действительно нужно - так это освобождение, нужно было, чтобы кто-то пришел освободить души, усыпленные на земле, и напомнить им об их небесном происхождении: Христу принадлежит именно эта роль. Без Христа спасение было бы невозможно. Как бы мы знали без Него, что надо получить крещение Духом Святым, чтобы наш дух, оставшийся в Боге, соединился с нашей душой и вернул нас Богу в час нашей смерти. Таким образом, роль Христа как Спасителя очень существенна, но Христос - это прежде всего посланник: Его роль состоит в том, чтобы пробудить людей (усыпленные души) и дать им средство спасения  - крещение Духом Святым, который сошел на апостолов в Пятидесятницу. Разумеется, что в этом мире, князем которого является Сатана, Христа могли только преследовать. Но Он не пришел именно для того, чтобы Его преследовали.
Катары, хочу напомнить, претендовали на то, что они истинная Церковь Христова. Они утверждали, что имеют апостольскую преемственность: что они настоящие наследники Христа и апостолов. В силу этого, они отказывались (и именно поэтому были объявлены еретиками) от всех позднейших добавлений и церковных установлений, которые не содержатся в послании Христа так, как оно изложено в Новом Завете. Они отклоняли постановления всех церковных соборов, творения Отцов Церкви, короче, все то, что было принято позже и чего нет в Новом Завете. И они старались применять на практике это послание Нового Завета. Они отказывались от всех таинств, которые мало-помалу вводила Римская Церковь, начиная от эпохи каролингов в IX-ом веке и заканчивая грегорианской реформой в XI-ом веке. Они считали, что крещения водой недостаточно, а крещение детей не имеет смысла. Также, они считали, что таинство, совершенное руками недостойных, недействительно (а многие священники были признаны недостойными в XI-ом веке в ходе грегорианской реформы). Они отрицали таинство брака, которое было введено довольно поздно (и которое папы-реформаторы всеми способами старались пропагандировать), утверждая, что брак является исключительно гражданским актом и что Бог не  вмешивается в подобные земные вещи. И главным образом, они отрицали таинство Евхаристии, которая является действительно краеугольным камнем католицизма, интерпретируя Тайную вечерю в символическом смысле. Вместо Евхаристии они практиковали благословение хлеба, который они ломали и раздавали в воспоминание о Христе. Вместо всех таинств Римской Церкви, которые, по их мнению, не были основаны на Евангелии, они практиковали единственное таинство, о котором говорится в Евангелии, а именно, крещение Святым Духом и огнем, крещение путем наложения рук: consolamentum. Когда душа попадает в материальное тело, ее дух остается в Боге, в Царстве Божием. Крещение наложением рук, или consolamentum, имеет следующее значение: Святой Дух нисходит на человека и приходит за своей душой, чтобы вернуть ее в рай, к Богу.
В конечном счете, главная суть катаризма, - это вера в доброту человеческой натуры и вера в милосердие Божье. Внутри каждого человека есть благая душа, которая нуждается в том, чтобы пробудиться. Даже самый закоренелый преступник по своей внутренней сущности - это ангел Божий, который забыл, кто он такой, но настанет день, и он это вспомнит. Все преступники будут спасены, все люди будут спасены. Отличительной чертой христианства катаров является их вера в то, что все души будут спасены. Например, Пьер Отье, бывший нотариус из арьежских гор, преследуемый Инквизицией за то, что стал совершенным, и сожженный в 1310 году в Тулузе перед кафедральным собором Сен-Этьен, проповедовал, что все души рождены благими и равными между собой, и нет среди них таких, которые не были бы спасены, в том числе и души инквизиторов (потому что они скрыли послание Евангелия в том числе и от самих себя, но когда-нибудь они его откроют, как это было со святым Павлом).
Среди элементов, обеспечивших успех катарам, можно прежде всего назвать практику и жизнь их Церкви. Добрые мужчины и добрые женщины были примером для верующих. Совершенные соблюдали полное целомудрие, они не воспринимали убийства ни в каком виде, даже в качестве самообороны. Кроме того, они никогда не ели  мяса, сыра или молока и придерживались суровых постов. Даже местные католики считали их добрыми христианами, живущими согласно образцу апостольской жизни. Католические нищенствующие ордена в XIII-ом веке вдохновлялись именно их примером. В отличие от бенедиктинских или цистерианских монастырей, их  монастыри не были удалены от мира в уединенных долинах или горах, а были расположены в центре небольших городков, в самой гуще человеческой жизни. Это были открытые для посещения мирянами дома, а не закрытые монастыри. Катары проповедовали где угодно, в том числе на улицах и площадях. Свои слова и дела они подтверждали ссылками на Евангелие, которое они носили с собой и знали наизусть, и это тоже обеспечивало им успех. Очень часто их воспринимали как особый монашеский орден, не враждебный католичеству, но приносящий дополнительную возможность спасения. К тому же, местное население имело перед собой негативные примеры Римской Церкви; часто местные клирики были плохо образованы, не выполняли своих обязанностей и славились дурными обычаями. Но этот аспект не стоит преувеличивать,  так как фактически католический клир Южной Франции, особенно его низшие звенья, были очень открыты и позитивно настроены к этому диссидентскому христианству. Наиболее сильный антагонизм между катарами и католицизмом существовал на уровне Рима и Сито, именно они организовали и объявили крестовый поход.
 
Репрессии против катаров
Появившись в XI-XII-веках, катаризм уже занимает важное место в западноевропейском христианстве под конец XII-ого и в начале XIII-ого века. Цистерианцы внесли очень большой вклад в "конструирование" южнофранцузской ереси, именно они постоянно муссировали идею, что Лангедок является главным очагом ереси. Они считают (и выступают с обвинениями) что все население этого района впало в ересь, и что нужно любой ценой ее уничтожить. Они организовывают крупную кампанию антиеретических проповедей на Юге Франции, которая была проведена в 1145 году, самим святым Бернаром, аббатом из Клерво и настоящим "духовным жандармом " христианства [23]. Бернар проповедовал в Тулузе и Альби; однако безуспешно. Орден Сито преувеличивал опасность феномена катаров, заявляя, что все графство Тулузское "дехристианизировано", способствуя, таким образом, распространению и навязыванию идеи о том, что необходимо истребление очагов ереси вооруженным путем, а именно -  призывая к крестовому походу, который будет начат против альбигойцев в XIII-ом веке.
В 1206, один кастильский проповедник, которому было около тридцати лет, Доминик де Гусман (будущий святой Доминик), делает попытку возобновить дело цистерианцев, и обратить еретиков с помощью проповедей нового типа, основанных на примере бедной и нищенствующей жизни, которая была совсем не похожа на обычную жизнь клира и цистерианских аббатов: он проповедовал босиком, носил простую белую одежду и просил милостыню для пропитания. Тот, кто проповедует истины Евангелия, должен и сам жить в бедности. Но самым важным здесь было то, что эти проповеди должны были восстановить правду ортодоксии. Но по сути будущие доминиканцы (которые будут признаны папством в 1215 году ), достигают не намного больших успехов, чем цистерианцы, в своих попытках обратить "еретическое" население " Юга Франции. Напротив, они сыграют очень определенную и эффективную роль в юридическом преследовании катаров, с того времени, как была создана и передана им институция Инквизиции, что произошло в 1230 годах.
После неудач "мирной" борьбы против еретиков, Церковь занимает более жесткую позицию. В 1208 году, цистерианец Пьер де Кастельно, папский легат, был убит возле Арля при подозрительных обстоятельствах (слугой графа?), после безрезультатной встречи с графом Тулузским Раймондом VI, благоприятно расположенным к катарам. Папа Иннокентий III  отлучает графа от Церкви, освобождает его вассалов от клятв верности, призывает к крестовому походу и предлагает земли графа тем, кто захочет принять в этом  участие. В то же время, он канонизирует Пьера де Кастельно.
Этот крестовый поход, известный в историографии как « Крестовый поход против альбигойцев » [24), разделяется на два периода: первый, феодальный 1209-1224 [25], и второй, королевский (1224-1229 [26]). Его значение, с точки зрения всеобщей истории, также имеет два элемента: прежде всего, в области религиозной идеологии, это организация крестового похода в христианскую страну; крестовый поход, становится, таким образом, способом вооруженной борьбы против еретиков внутри христианства; во-вторых, в области национальной истории Франции, его последствиями является реальное присоединение Южной Франции к Франции Северной, присоединение, которое даже сегодня рассматривается некоторыми патриотами Окситании как настоящая " колонизация" и "ассимиляция" страны языка oк страной языка oйль.
Начиная с 1229 года, борьба Церкви против еретиков на юге Франции (катаров, но также и вальденсов [27]) принимает вид Инквизиции [28) основанной папой Григорием IX в 1233 году и переданной  доминиканцам ( а затем в равной степени и  францисканцам). Начиная с 1215 года, орден братьев-проповедников, основанный в Тулузе св. Домиником, был признан Четвертым Латеранским Собором. Не удивительно, что Инквизиция была отдана в руки именно профессионального ордена проповедников. Чтобы бороться против ересей, нужно было иметь солидную интеллектуальную основу. В случае доминиканцев, их орден прежде всего имел тройную миссию: исследования, проповедь и забота о душах.
Инквизиция – это учреждение, кодифицированное текстами. Эта институция создавалась мало-помалу, начиная с Никейского Собора в 325 году, где была определена догматика. Но в этом случае мы еще не можем дать ей имя "Инквизиции". Это система контроля за религиозной мыслью, особенно такой, которая может быть опасна для ортодоксальной религии. Инквизиция в том виде, в каком мы ее знаем, была учреждена как институция и обрела свою форму в 1233 году после установления судов особой юрисдикции. Инквизитор располагает властью, делегированной папой, он ответственен за свои действия только перед папой. Случалось, что епископы проявляли чрезвычайную враждебность к инквизиторским трибуналам. Была установлена только одна процедура, названная инквизиторской, которая заменила обвинительную процедуру. В обвинительной процедуре, обвинитель должен доказать перед судьей свои обвинения. В случае инквизиторской процедуры, не довольствуются больше тем, чтобы осуждать еретиков, когда они появляются перед трибуналом, но специально разыскивают их. Эта процедура, частично определенная уже IV Латеранским Собором в 1215 году, еще до того, как было образовано само учреждение, главным образом основана на доносах. Руководствуясь одним только подозрением в ереси, инквизитор может начать процесс против какого-либо лица. Церковь, таким образом, получила грозное и репрессивное учреждение, эффективно действующее против всевозможных ересей, которые угрожали ее власти. Распространяя по всей Европе власть этого недавно основанного чрезвычайного трибунала, понтификальная монархия XIII-ого века собирается установить новый духовный порядок, опираясь на силу светской власти, которая должна была обеспечивать приведение в исполнение приговоров Инквизиции. Инквизиция существует тогда и потому, что король (или другие находящиеся при власти силы) этого хочет.
После завершения крестового похода против альбигойцев в 1229 году, и после установления Инквизиции в 1233 году, совершенные катары уходят в подполье. Этот факт имеет скорее символическую, чем реальную политическую значимость: речь идет об осаде и взятии Монсегюра в 1244 году. Начиная с 1240 года, в крепости Монсегюр [29] скрывается крупная община катаров, где проживает до тысячи лиц. В 1243 году, десятитысячная армия в сопровождении инквизиторов, осаждает замок. Монсегюр сопротивляется почти целый год, с 13 мая 1243 года по 15 марта 1244 года. Двести мужчин и женщин из тех, которые там жили и которые отказались отречься от ереси, сожгли 16 марта 1244 года. Традиционно этот военный эпизод означает конец сопротивления катаров. Однако и после этого трагического события, быстро ставшего легендой (и до сих пор являющегося эмблемой поверженной Окситании), Инквизиция и дальше систематически преследует катаров. Катаризм последовательно стирают с лица земли, пока он окончательно не исчезает в XIV-ом веке (последним совершенным катаром был Гийом Белибаст [30], сожженный в Виллеруж-Термене в 1321 году). 
 
Tags: Катары катаризм, Материалы о катарах: разные статьи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments