credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Categories:

Анн Бренон. Катарские женщины. Ч.2.Средневековые женщины. 5. Пустыня Арноды

ВТОРАЯ ЧАСТЬ

СРЕДНЕВЕКОВЫЕ ЖЕНЩИНЫ

5

ПУСТЫНЯ АРНОДЫ

«Когда король Франции явился в Авиньон…» - громким голосом вспоминает Арнода.

Когда был объявлен королевский крестовый поход, военная экспедиция Людовика VIII, короля Франции, который вновь отправился на Юг, все опять стали готовиться к войне. К тому времени, когда дома Церкви были реорганизованы, Совершенные, мужчины и женщины, выйдя из подполья, восстановили свои пастырские связи, мастерские и школы, снова нагрянула опасность. Она была еще неумолимей, чем ранее, потому что на этот раз на стороне Римской Церкви стоял наиболее могущественный и авторитетный правитель во всей Западной Европе. Король Франции. Весна 1226 года была переполнена страхами[1].

В качестве мер предосторожности вся тулузская знать покинула тогда свои сельские жилища и переселились в городские дома, за стены укреплений графа Раймона. Так поступил Арнод де Бунаг и его семья, которые привели под крышу своего тулузского дома трех Добрых Дам, открывших христианский дом в Тарабель. Осторга, Пейронна и Арнода де Ламот около трех лет оставались в Тулузе, вначале у Бунагов, а потом в разное время в других местах - у Бускетов, Сакетов, Руэ. Это были хорошие семьи знати или консульской олигархии, которые еще десять лет назад представляли собой опору тулузского сопротивления против французского вторжения. И вот, все началось сначала.

То в одном жилище, то в другом, все те же семьи, дружившие и связанные между собой, собирались вокруг Добрых Дам-беженок и приходивших туда других Совершенных, как, например, их родственника, Старшего Сына Бернарда де Ламот, регулярно их навещавшего. Также они обменивались новостями и информацией, поддерживали свою веру и говорили о политике. Дамы желали собираться подле голоса Добра. Стареющая Лонга прибыла из Тарабель со своей девицей-дочерью и сыновьями Арнодом и Гайлардом Эстев, и с их кузенами де Сент-Фой… И вновь она вздыхала, оборачиваясь к даме Осторге и поверяла той свои страхи и надежды.

При приближении армии короля Людовика край содрогнулся. Потом вновь появилась надежда: вероятно, речь шла о крестовом походе в собственном смысле этого слова. После сорока дней враг вернулся во Францию и, кроме того, сам король Людовик на обратной дороге заболел внезапной болезнью. Потом – непонятно почему – война возобновилась, став более жестокой, более безумной, чем когда-либо. Она подошла к самым воротам Тулузы. Однажды, в 1227 году, Бернард де Ламот прибыл с мрачным лицом. Новости, которые он принес, были ужасны: город Лабесед, на первых высотах, доминирующих над Лаурагэ, был взят королевским сенешалем, все население было убито мечом или копьями, все Христиане и Христианки брошены в огонь. И среди них был брат Бернарда, диакон Жирод де Ламот. Арнода не могла сдержать слез. Мужчины роптали.

В тот день у Гвиберта дю Бускета собрались братья Эстев, братья Сакет, Понс и Жирод, а также Аламан де Роэ. Все они были рыцарями графа Тулузского. Все взялись за оружие вместе с ним. Почему же он позволил поступить так с Лабесед? В глубине залы женщины молились за все эти бедные души, покинувшие тела в страхе и страданиях. Вместе с тремя Добрыми Дамами были все эти матери, жены и дочери рыцарей, все эти добрые верующие, пытавшиеся увидеть в них свою надежду: старая Лонга Эстев со своей горничной и кузеной Матьюдис, Гильельма де Бунаг с барышней Арсендис, Ломбарда де Роэ, Эксклармонда, вдова д’Эн Ассалит, и Женсер Сакет, дочь Гвиберта де Бускет, со своей служанкой Раймондой и сестрами Жентиль и Айселиной, и Маркезия, вдова Раймона Унод де Ланта, называемого Барбавайра… Осторга знала самых старших из них с ранней юности. Сколько крови и слез пролилось с тех пор. И сколько терзаний для Церкви Божьей!

Раймон Тулузский изгнал французов из Кастельсарасен на следующий год, но сенешаль Франции стал воевать с полями, виноградниками и хлевами. Он опустошил окрестности, и в город хлынули толпы голодных крестьян… И вновь Тулуза приготовилась к осаде, так что даже бывшие сторонники епископа и члены его Белого Братства и противники графа и консулов, теперь объединились с ним против французов. Однако граф предпочел капитулировать перед Францией весной 1229 года – подписать безоговорочную капитуляцию, хотя он даже не был побежден[2]. Церковь Божья оказалась полностью вне закона: Раймон Тулузский сам обещал отныне быть ее самым страшным врагом.

Когда все это произошло, Добрые Мужчины и Добрые Дамы решили исчезнуть. Они бежали и ушли в подполье с помощью своих верных. Теперь подполье стало окончательной судьбой их Церкви – никогда больше она не смогла открыто появиться среди бела дня. Тулуза опустела.

В замешательстве Пейронна и Арнода последовали совету Гильельмы де Бунаг и, оставив у Понса и Женсер Сакетов свою мать, которая все больше и больше уставала и теперь была почти лишена сил, осмелились явиться к самому Аймерику де Шатенеф. Бывший глава католической партии перед крестовым походом, теперь, если верить слухам, поддержал графа против короля и публично оплакивал унижение Тулузы. Его жена Мабилия тайно почитала Добрых Христиан. Пейронна и Арнода захотели с ней увидеться, и поделились с ней своими страхами и проблемами. Дама Мабилия ритуально приветствовала их и попросила у них благословения, но смогла им дать только немного денег и посоветовала покинуть Тулузу как можно скорее. Даже ее муж, который был на хорошем счету у католических властей, не смог бы их защитить, если бы они отказались отречься от веры. Отныне Тулуза стала опасным городом.

Пейронна, Арнода и престарелая Осторга позволили тайно отвести себя за городские стены рыцарям Аламану де Роэ и Понсу Сакету, которые привели их в Лантарес, в укромное место, где у Церви Тулузен было тайное убежище. Возле жилья Гийома Куста, в доме, которым еще руководила Добрая Дама Гильельма и ее подруги, их ожидал сам Гвиберт де Кастр, епископ с печальной улыбкой. Все они простерлись перед ним и попросили его благословения - рыцари и Добрые Дамы. Человек Божий доверил трех Христианок двоим Добрым Людям, Гийому де Сути и его товарищу, чтобы они отвели их в надежное место, на хутор Пешагут, где большое количество Совершенных, мужчин и женщин, объединялись в подпольные общины.

Осторга, Пейронна и Арнода жили с ними неделю, а потом пришли в другой хутор – Эрменгот. Тогда тулузские друзья снова связались с ними. Большинство их тоже предпочло оставить Тулузу и укрыться в сельских владениях. Понс Сакет послал своего доверенного человека, Бернарда Фисса, за тремя Добрыми Дамами и предложил гостеприимство на своей земле в Лантарес, подальше от глаз не в меру ретивых агентов графа и Римской Церкви.

Настал 1230 год. Церковь Римская готовила решительное наступление против Добрых Христиан. Пейронна и Арнода оставались три года с семьей Сакет, пока новые опасности не заставили их опять бежать. Но в этом красивом сельском доме тулузских друзей дама Осторга де Ламот отдала Богу свою христианскую душу, счастливая, что может уйти из этого мира страданий и насилия, не испытав еще одного бегства, и даже не успев еще услышать разговоров о новой институции, созданной Церковью Римской: об Инквизиции.

Пейронна и Арнода остались одни, и отныне не расставались, покуда смерть одной не разлучила их. Обе они теперь представляли Церковь, формируя христианскую общину, в которой обещали жить после своего посвящения. Понемногу они знакомились с небольшими группами других Совершенных Женщин или Добрых Людей, которые приходили по двое или трое, продолжая жизнь Церкви и неся по этой земле постоянство обрядов. Понемногу, как в бургах, так и на хуторах, семьи добрых верующих стали тайно собираться по вечерам, выявляя рвение в вере, в известном им дружеском доме, где принимали приходящих Добрых Людей, или где жили две одинокие Совершенные. Вокруг Пейронны и Арноды собирались друзья и родственники Сакетов, которые просили их благословения и разделяли с ними при каждой трапезе хлеб святой молитвы.

Понс и Женсер Сакеты каждый день ели за их столом вместе со своими людьми: Марией, кормилицей из Гаскони, служанкой Раймондой и посланником Бернардом Фисса. Все они выказывали одинаковую набожность по отношению к двум беженкам. Дом постоянно был полон гостей: братья Понса Сакета, Жирод и Арнод, показывались там регулярно, с их кузеном Гаском Сакетом из Карамана, жена которого, Эксклармонда, постоянно хотела видеть Добрых Дам. Родители Женсер Сакет, Гвиберт и Гильельма дю Бускет, тоже часто жили у своей старшей дочери, с Жентильс и Айселиной, двумя младшими дочерьми, а иногда и с их мужьями. Приходили туда и рыцари, чтобы поговорить о политике с братьями Сакет, перед тем как совершить земной поклон перед двумя Совершенными: Аламан де Руэ, Раймон Азема и Гийом де Дейм.

Немного времени спустя после смерти дамы Осторги пришел Бернард, старший брат Пейронны и Арноды, со своим другом Понсом Фором из Рабастен[3]. Он пришел, чтобы забрать обеих сестер в Монтобан, если бы они захотели оставить религиозную жизнь и вернуться в мир, чтобы избежать преследований. Но, поскольку они не пожелали этого сделать, он только склонился перед ними, чтобы попросить их благословения и благословения Божьего.




[1] См. Michel ROQUEBERT, l’Epopes cathare, t.3 (Toulouse, Privat, 1986) p. 297-314.

[2] Речь идет о Трактате Париж-Мо, согласно которому Раймон VII Тулузский полностью подчинядся воле регентши Бланш Кастильской, матери Людовика IX, и воле Святого Престола.

[3] В первом показании (1244 год) Арнода, кажется, упоминает, что имя ее брата Бернард. Во втором показании (1245) переписчик употребляет инициал Р., который можно транскрибировать как Раймон. Мы не знаем, совершил ли ошибку переписчик или сама Арнода, и какое имя было у ее брата или братьев, приходивших навещать ее у Понса Сакета, но это, фактически, дела не меняет. Возможно, это тот же самый брат, который приходил к сестрам в Руэ с тем же самым предложением. Возможно также, что память Арноды ослабела… См. главу 18 «Друзья Арноды».

Tags: Анн Бренон книги, Анн Бренон. Катарские женщины, Катарские женщины, Катары катаризм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments