July 13th, 2019

Революція гідності

Анн Бренон. Монсегюр. Формат пдф

АНН БРЕНОН «МОНСЕГЮР» 1244-1994

*к вопросу о значении Монсегюра для катарской Церкви, его "тайнах" и "сокровищах". Без романтики, заговоров и чудес*

"Нет. Монсегюр – это совсем не то, во что мы верили. Подростками мы всегда писали, или
пытались писать, стихи о Монсегюре, стихи, похожие друг на друга, которые я цитирую из памяти. Но
замок Монсегюр, далекий, невыразимый, оказался на самом деле военным укреплением, крепостью
победителей, французов, господ де Леви, которые возвели его на вершине горы где-то в начале XIV
века. Все, что было там за 50 лет до того - старую деревню, террасы, где Добрые Люди обустраивали
свои дома, башню сеньоров де Перейль и замок Пьера-Роже – Инквизиция приказала сравнять с землей.
Потому теперь следует посмотреть в лицо Истории, потому что История всегда более поэтична,
чем мечта, ибо она заряжена динамитом жизни и смерти. Из уважения, а почему бы и не из любви к
абсолютной христианской преданности Добрых Мужчин и Добрых Женщин, и мы должны, пребывая в
этом месте и окруженные словами их памяти, смотреть с той же абсолютной преданностью – это
единственный по-настоящему братский взгляд, которого они заслуживают.
Солнце, восходящее над горой Монсегюр – обозначаемой словом пеш (сейчас неправильно
произносимой как пог) – которое в течение дня описывает над замком свою невидимую дугу, это
материальное солнце. А замок – это католическое творение. Восток, на который он ориентирован, это
восток Святой Земли крестоносцев и монахов. Строители оставили знаки на своем творении, которое,
как всякое человеческое творение, должно было нести в себе хвалу Творцу. Символика, вписанная в
план замка Монсегюр – это та же символика, которая воодушевляла великую каменную книгу,
писавшуюся остальными их коллегами-строителями того времени, возводившими кафедральные соборы,
церкви и другие замки. Потому что катарской символики не существовало. Солярная ориентация замка
Монсегюр выглядит слишком чуждой катарам, особенно для людей, которые знают, кем они были.
Для Добрых Людей, Добрых Христиан, одним словом, для катаров, как их называли
католические противники, не только солнце, но и камни, и небо, и земля, и всѐ, что на ней, не имело
никакого отношения к Богу. Ничего божественного, ничего священного нет в видимом, нет ничего
видимого, что было бы священным. Как все христиане, и к тому же будучи монахами, они полагали
надежду на спасение в другом мире – в Царствии Божьем. Но разница между ними и остальными была в
том, что катары не видели никакого преддверия Царства Божьего в этом мире, ибо князем его был Враг
Божий, как это сказано в Писании Нового Завета, единственном источнике их веры..."

[продолжение статьи в прикрепленном материале]