credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Categories:

Жан Дювернуа. Религия катаров. Ч. III. Происхождение и сходство. Р. I. Имена катаризма

Религия катаров (сокращенный перевод).

Часть Третья

Происхождение и сходство

            Внезапное появление ереси в Западной Европе в начале XI века и ее популярность в самых высших кругах сразу же поставили проблему ее идентификации. В тот момент, когда стало понятно, что она не является изобретением нового ересиарха, примеры чего во множестве давала традиция патристики, встал вопрос о ее происхождении.

            Если святой Бернар, вопрошаемый Эвервином, скрыл свое беспокойство под множеством инвектив, то Экберт дал себе труд сопоставить собранную им лично непосредственную информацию с тем, что Августин говорит о манихейцах. Более рафинированный анализ, сделанный итальянскими католиками тринадцатого века, позволил распознать среди уже существовавших в этих краях двух течений оригенизм и традуционизм[1].


Еще до них Дюран из Уэски, пользуясь Исидором Севильским, «вычислил» предшественников катаров: Мани, Керинфа, Ебиона, Маркиона, Зерофена и Арфаксата, Гименайоса, Николая, Ария[2]. В них он прежде всего видел «современных манихеев, маркионитов и катаристов» [3].

            Окончательно победила теория, идущая по линии наименьшего сопротивления, которая сделала из катаров преемников Мани (Ансельм Александрийский, Ги из Перпиньяна, Николай Эймерих, и т д.)

            Доминиканец Риччини должен был первым, в своем прекрасном издании Суммы Монеты из Кремоны задуматься над этой проблемой. Его заметки содержат размышления о том, что по всем пунктам, которые определял и с которыми боролся его собрат из XIII века, в ранней Церкви были носители тех же доктринальных ошибок.

            Однако, начиная от Боссюэ, была выявлена их близость с богомилами, и с того времени исследования становятся более точными. Греческие источники позволили добраться до павликиан и захватить, таким образом, XI век. Но, по сути,  этот путь оказался более трудным, чем представлялся вначале; современные исследования продолжают его прокладывать.

            Иной метод применил Г. Седерберг: оставив в стороне историческое родство, он сосредоточился на изучении и идентификации оригинальных тем. Он пришел к выводу, что катаризм сохранил гностическую традицию[4]. Тот же метод привел Марселя Дандо к открытию в катаризме многих оригенистических черт[5].

            Такие исследования трудны, а иногда приводят к иллюзорным результатам. Утверждать, что Экберт узнал у катаров черты, которые Августин приписывает африканским манихейцам, не имеет смысла, если, с одной стороны, Августин был тенденциозен и не информирован в полной мере, а с другой – Экберт переписывал Августина. При совпадении этих двух условий, дискуссия часто будет идти вокруг фиктивных понятий.

            Эту часто невозможную критику источников должна сопровождать селекция. Тот или иной взгляд или обряд, кажущийся нам удивительным, или который казался удивительным людям XIII века, вполне может не быть еретическим и принадлежать к наследству ранней Церкви. Жану Жиро принадлежит заслуга первого исследования ритуальных формулировок именно с этой точки зрения.

            Кроме этого, существуют также новозаветные элементы, буквальная интерпретация которых (на что претендовали катары и вальденсы) были отброшены великой Церковью. Очень трудно будет различать традиции старинной экзегетики, реформаторские тенденции и возврат к источникам со стороны ереси, например, в вопросе о крещении детей или отказе от присяги.

            Поиск начал, в итоге, остается в конце концов, очень зависит от игры случая. Следует лавировать между двумя рифами:

  • Если мы будем все сравнивать со старинными ересями, то, как и Риччини, придем к выводу, что катаризм перенял все ереси из каталога;
  • Если мы уберем все то, что считалось ортодоксальным до Никейского собора, Августина или Иеронима, как и элементы, содействующие тенденциозной экзегетике, которые можно найти в Священном Писании, и, наконец, то, что полемисты и инквизиторы могли приписать своим противникам, переписывая Отцов ересиологов, то у нас вообще ничего не останется[6].

           

Раздел I.

Имена катаризма

            Следует начать с перечисления наименований, которыми катары называли себя сами, или же которыми называли их. Названий этих много, и они не дают очень много пищи для размышлений об их историческом или интеллектуальном происхождении. 

I. ИМЕНА, КОТОРЫМИ КАТАРЫ НАЗЫВАЛИ СЕБЯ САМИ.

            I.1.1 БЕДНЯКИ ХРИСТОВЫ.

            Это определение, которое находится в признаниях, собранных Эвервином в Кельне («сами о себе они говорят: «Мы, бедняки Христовы, бежим, гонимые из города в город, как овцы среди волков и мы сносим гонения как апостолы и мученики[7]»»), не стало традиционным, и не появляется позже по отношению к катарам. 

           

            I.1.2 ХРИСТИАНЕ.

            Это четкое определение относится к людям, принявшим крещение, в данном случае consolamentum. Достаточно заметить, что именно это слово употребляют два Ритуала (Лионский и Флорентийский), и что вышедший из рядов катаров Райнерий Саккони писал: «остальные, те которые не являются иерархами (ordinibus), называются христианами и христианками»[8]. Употребление этого слова подтверждается в общем смысле формулировкой melioramentum, употребляемой в среде верующих вплоть до начала XIV века:

           

Больной сказал ему, что очень хотел бы, прежде, чем он умрет, христиане (то есть, еретики), приняли бы его в свою секту и сделали его еретиком. [9]

Так же называются и члены Боснийской Церкви: krstjani. Те, кто принимает в 1203 году правила Иннокентия III, отрекаются от этого названия в самом акте обращения:

В будущем мы уже не станем так называться, как до сих пор – христианами, но только братьями.[10].

           

            Богомилы называли себя тем же именем: «христиане», согласно Евфимию Зигабену[11], «истинные христиане», согласно Евфимию из Периблетоса[12], «добрые христиане», согласно патриарху Герману II из Константинополя[13].

            Петр Сицилийский так же описывает павликиан[14].

            Уже Феликс, африканский манихеец, называл себя «христианином, служителем закона Мани» [15], но это изолированный пример.



[1]Cм. supra, p. 114, n. 66.

[2]Contra Manicheos, изд. Ch. Thouzellier, Louvain 1964, pp. 75-76.

[3]Ibid., p. 217.

[4]La Religion des cathares. Etude sur le gnosticisme de la basse antiquite et du moyen age, Upsal 1949.

[5]Op. cit. supra p. 274, n. 35 ; - Id., Les origines du catharisme, Paris 1967.

[6]Краткий, но отличный обзор современной литературы относительно происхождения средневековой ереси можно найти в статье Jeffrey Russe/, Interpretations of the Origins of Medieval Heresy, dans Medieval Studies, t. 25 (1963).

[7]PL 182, c. 177.

[8]Изд. A. Dondaine, Le Liber, op. cit., p. 68.

[9]Реестр Жоффре дАбли, (ms. Lat. 4269 B.N. Paris), P 36 v° ; cf. P 32 r», 40 V .

[10]Изд., после рукописи, Mandié, op. cit., p. 436.

[11]PG 131, c. 41.

[12]PG 131, c. 56.

[13]PG 140, c. 637.

[14]PG 104, c. 1253.

[15]Augustin, Contra Feiicem I, XX, éd. Bén., t. VIII, c. 746.



Tags: Жан Дювернуа. Религия катаров
Subscribe

  • В ожидании. Пятидесятница

    «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, … (вы) говорите: если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в…

  • Праздник ли Вознесение?

    «При реках Вавилона, там сидели мы и плакали, когда вспоминали о Сионе; на вербах, посреди его, повесили мы наши арфы. Там пленившие нас…

  • О Воскресении

    «…и сказали: «Воистину, мы убили Мессию Ису (Иисуса), сына Марьям (Марии), посланника Аллаха». Однако они не убили его и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment