credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Анн Бренон Христианская Церковь на костре. Часть 4

Преследования (XIII столетие)



Новые веяния ХIII века.



1198 год. Новый папа, Иннокентий III, имеет большие амбиции. Он хочет объединить и реорганизовать христианство под началом Святого Престола, поставив все духовные искания в определенные рамки. ХIII век стал веком эффективного и систематического уничтожения еретического инакомыслия.


Церковь и репрессии.

Пока осуждение еретиков было делом епископских судов, Церковь колебалась в выборе методов репрессий. Первые костры в целом осуществлялись по приговорам светской власти. Но постепенно, соборы и понтификальные буллы подготовили почву для законотворчества Церкви в области ереси. Веронские декреталии, согласованные между папой и императором в 1184 году, явились первыми мерами общеевропейского масштаба против еретиков, и приравняли последних к преступникам, оскорбляющим «божественное величество».
cat1a.jpg


Цистерианцы в Лангедоке.
В то время, как в Шампани, Фландрии, Рейнских землях и Бургундии разгорались репрессии, светские власти в Лангедоке изо всех сил защищали диссидентов от церковных властей.
В 1178, а потом в 1181 годах папа посылал своих легатов в Тулузу и Альби во главе цистерианских миссий, однако последние не смогли установить сотрудничества с местными властями, и не добились от них ничего, кроме очень символических жестов.
В первые годы ХIII столетия посланцы папы Иннокентия III – мэтр Рауль де Фонтфруад и легат Пьер де Кастельно – проводят публичные дебаты с Добрыми Людьми на теологические темы. Но без особого успеха.


Вернитесь к своей прялке!
Хронист говорит, что во время теологических дебатов в Памье в 1207 году между катарами, вальденсами и католиками, захотела взять слово сестра графа де Фуа, то католическая сторона в довольно резких выражениях посоветовала ей вернуться к своей прялке.
cath2.jpg


Доминик.

Появившись в Лангедоке в 1206 году, кастильский каноник Доминик де Гусман начал успешные попытки бороться с проповедями Добрых Людей их собственным оружием. Соблюдая обеты бедности и нищенствования, он и его сторонники начали отвоевывать души. Однако, крестовый поход, объявленный Иннокентием III в 1209 году сигнализировал о том, что и эти смелые попытки окончились неудачей. Сменившие отныне цистерианцев доминиканцы, или братья-проповедники, со своим новым стилем проповедей доктринального характера, должны были стать эффективным инструментом укрепления папской власти на христианском Западе.


Франциск.

Но только Франциск Ассизский и его нищенствующее братство – как сначала называли францисканцев или братьев-миноритов – оставили на XIII столетии настоящий евангельский отпечаток: они всерьез и надолго обновили католический спиритуализм, сосредоточив его вокруг человеческой природы и страданий Христа.
Франциск, умерший в 1226 году, вряд ли мог помешать тому, чтобы его начинания тоже были использованы для укрепления политической власти и догматики Церкви.
Религиозные тенденции XIII столетия настолько усыпили францисканскую духовность, что последователи Франциска, так же, как и доминиканцы, стали участвовать в делах Инквизиции.


В начале XIII столетия, когда Церковь вооружилась эффективным юридическим антиеретическим арсеналом, нищенствующие ордена стали символизировать обновление христианских идей. Знамя религиозной реконкисты, выпущенное из рук цистерианцев, было подхвачено братьями-проповедниками, или доминиканцами.


Крестовый поход.

ХIII столетие начинается с первого крестового похода в христианские земли, так называемого крестового похода против альбигойцев, на самом деле направленного против окситанских феодалов, виновных в защите ереси. Объявленная папой, эта война затем была продолжена королем Франции.
cath3a.jpg


Иннокентий ІІІ и Филипп-Август.

Папа Иннокентий III объявил крестовый поход в Святую Землю, чтобы отвоевать Иерусалим, попавший в 1187 году в руки неверных (сарацинов). Но его имя связано также с крестовым походом против альбигойцев и ревностной реорганизацией христианства на Латеранском Соборе 1215 года (решение о том, что община верующих состоит только из тех, кто признает Credo, принадлежит к определенным церковным приходам и верует в таинства; из нее исключались неверно мыслящие и еретики). Было признано, что толерантность к ереси, выявленная окситанскими феодалами, является оскорблением Бога. Тем не менее, король Франции Филипп-Август не решился возглавить военную интервенцию против своих средиземноморских вассалов.
cath4a.jpg

Крестовый поход баронов.

Бароны Франции и Европы откликнулись на призыв к крестовому походу, и, начиная с 1209 года, ринулись на земли графства Тулузского и Тренкавелей под стягами папского легата Арнота Амори, аббата Сито. От Безье до Марманде десять лет войны и зверств разорили и опустошили эту землю. В 1220 году окончательно стало ясно, что попытка насадить в Тулузе и Каркассоне католическую династию Монфоров потерпела неудачу, поскольку местное население поддерживало своих законных графов. Церкви катаров, которым поначалу был нанесен серьезный удар кострами крестовых походов, начали постепенно восстанавливаться.


Массовые казни.

Для крестового похода против альбигойцев характерны жестокие расправы с мирным населением (Безье в 1209 году, Марманде в 1219 году), а также огромные массовые костры, где сжигали еретиков - в Минерве (140 сожженных в 1210 году), Лаворе (400 сожженых в 1211 году).


Королевский крестовый поход.

В 1226 году Людовик VIII Французский, сын Филиппа-Августа, решил восстановить себя в правах на средиземноморские графства, переданные ему Монфором, и сам возглавил французскую армию, двинув ее против Раймонда Тренкавеля, Раймонда VII Тулузского и их вассалов. Несмотря на ожесточенное сопротивление в некоторых регионах (особенно в Лиму и Кабарет), королевская армия посеяла террор в Лангедоке. В 1229 году граф Тулузский, покорившись, подписал мирный договор, ратифицированный в Париже.


Новая расстановка сил.

Двадцать лет, с 1209 по 1229 год продолжалась война, начатая по религиозным мотивам. Но желаемых результатов в религиозной сфере она не достигла. Церкви катаров возобновили свою деятельность, и в 1226 году было даже основано новое, пятое епископство в Разе (регион Лиму).
Однако военно-политические последствия войны оказались очень тяжелыми: династия Тренкавелей была уничтожена, один королевский сенешаль управлял регионом Каркассон-Безье, а второй - Беакур-Ним, местностью, ранее принадлежавшей графам Тулузским. Раймонд VII Тулузский обязался собственными руками уничтожать ересь, срыть укрепленные замки и передать свое графство единственной дочери Жанне, которая была замужем за капетингским принцем. А представители тех феодальных династий, которые были скомпрометированы ересью, лишились своих владений и имущества, превратившись в фаидитов (термин на окситан).


Крестовый поход против защитников еретиков, к котрому призывал христианских баронов папа Иннокентий ІІІ в 1209 году, через двадцать лет превратился в завоевательную войну французского короля. В 1229 году Капетинги окончательно подчинили себе Лангедок.


Инквизиция.

В то самое время, когда был канонизирован святой Доминик, в 1234 году, доминиканские братья-проповедники связали свое имя с недавно созданным институтом Инквизиции. Иногда народные волнения, как, например, в Тулузе, обрушивались на эту институцию, но власть, как правило, была на ее стороне.
cath5a.jpg


Папа и король.

Итак, в 1229 году, король окончательно выиграл войну, объявленную папой, а последний выжал из победы короля всё возможное: с этого времени у Церкви были развязаны руки, и ей была предоставлена полная свобода действий. Принцы и сеньоры - защитники еретиков - были лишены своих земель и своего имущества. Они должны были либо стать фаидитами, либо покориться. Общины катаров отныне вынуждены были существовать в подполье. Однако, они оставались очень многочисленными. Они защищались от репрессий, организовав тайную сеть сопротивления, основанную на общественной и семейной солидарности.


Инквизиция как институция покаяния и наказания.

Католическая религиозная реконкиста была бы невозможна без разрушения этой сети сопротивления, без разрыва этих нитей солидарности. Именно в этом состояла миссия Инквизиции, созданной папством в 1233 году в качестве институции обязательных исповедей, имевшей право налагать наказания и покаяния и воссоединять с католической верой - а также примирять с королевской властью - всё население Юга, которое не захотело покориться во время войны. Переданная новым нищенствующим орденам, францисканскому, и особенно доминиканскому, Инквизиция несла в бургады Юга новую проповедь, основанную на официальной доктрине Церкви.


Инквизиция как полицейская институция.

Этот прообраз современной бюрократической машины играл роль постоянно действующего религиозного трибунала, не особенно зависящего даже от папы, и совсем независимого от местных епископов.
Основывая свои расследования на систематических доносах, и используя исповеди в качестве показаний, Инквизиция возбудила подозрение и принесла террор в семьи симпатиков катаризма. В течение нескольких поколений ей удалось разорвать связи солидарности, защищавшие еретиков в подполье.


Приговоры.

Инквизиция убивала немногих, не в этом было ее предназначение. Она точно целилась в свои жертвы: для простых раскаявшихся верующих у нее были наготове разные наказания - от ношения желтых крестов, нашитых на одежду, до конфискации имущества и пожизненного заключения. Смертный приговор - посредством передачи осужденного в руки светской власти, поскольку сами судьи, будучи христианскими монахами, должны были воздерживаться от совершения насилия - был зарезервирован для подпольного клира, то есть для Добрых Мужчин и Добрых Женщин, которые отказывались отречься, а также для верующих, вновь впавших в свои заблуждения, то есть в ересь. Умершие в «еретической мерзости» приговаривались к эксгумации и сожжению их останков, а дома их - к разрушению.


Бесценные архивы.

Зафиксировав в своих реестрах исповеди-показания жителей средневековой Окситании, Инквизиция, как это не парадоксально, предоставила Истории неоценимый источник документов о катаризме, хотя задачей ее было уничтожение катаризма.


После военного покорения Лангедока, начиная с 1233 года, Церковь создала религиозный трибунал, названный Инквизицией. Ее целью было обезглавить подпольный катаризм, уничтожив его клир, а также подорвать, путем террора, запугивания и доносов, те общественные связи солидарности, которые его поддерживали.


Монсегюр.

Со строго исторической точки зрения, мы не можем заявлять, что катары в Монсегюре погибли за свободу совести, такого понятия просто не существовало в Средние века. Однако мы не можем отрицать того, что обладающая властью Церковь, во имя Христа, осудила на смерть и уничтожение другую христианскую Церковь.


Не катарский замок.

Замок Монсегюр, остатки которого сохранились по сей день, был построен уже после осады 1244 года. Среди руин катар ской деревни, разрушенной Инквизицией, господа де Леви, которым эта местность досталась по праву завоевателей, возвели эту креп ость где-то около 1300 года, как символ своей новой власти. Поэтому нет абсолютно никакого смысла искать в его архитектуре катарскую символику.
cath6a.jpg


Апогей религиозного сопротивления.

После заключения Парижского соглашения, согласно которому граф Тулузский подчинился королю Франции, иерархия катарских Церквей Тулузы, Аженуа и Разе собрались в castrum на горе Монсегюр.
Эта местность принадлежала аристократической семье Перейлей, которые одновременно были и добрыми верующими, и не желали покоряться королевской власти. Из монашеских домов вокруг Монсегюра регулярно посылались миссии для подпольных проповедей и уделения consolament, спускаясь в полную опасностей долину, на которую смотрело неусыпное око Инквизиции.


Апогей военного сопротивления.

Анклав вассалов графов Тулузских на территории графа де Фуа, крепость Монсегюр, была твердыней и убежищем также и для рыцарей - десятка фаидитов с их дамами и спутницами - и гарнизона, состоящего из пятидесяти солдат. Они являлись главной силой сопротивления и осуществляли все военные операции. Командиром и комендантом крепости был Пьер-Роже де Мирпуа, родственник Раймонда де Перейля. Все они были добрыми верующими, связанными с Церковью катаров как кровными, так и сердечными узами.


Последняя война графа.

Пытаясь избежать ужасных последствий Парижского трактата, граф Раймонд VII Тулузский вступил в союз против французского короля с королем Англии и графом де Ла Марш. В мае 1242 года он склонил рыцарей из Монсегюра к карательной операции против странствующего трибунала Инквизиции, находившегося тогда в Авиньонет (Лаурагэ). Он считал, что это послужит сигналом к всеобщему восстанию. Инквизиторы были убиты, их реестры уничтожены, а население с энтузиазмом взялось за оружие. Но поражение союзников графа заставило его просить мира. Монсегюр остался без защиты, брошенный на произвол мести короля и папы, которые уже готовились «обезглавить гидру» (по выражению Бланки Кастильской - регентши Франции).


Костер Монсегюра.

Почти через год после долгой и тяжелой осады, Пьер-Роже де Мирпуа стал вести переговоры о сдаче castrum с королевским сенешалем Каркассона, который возглавлял этот последний крестовый поход. 16 марта 1244 года общины Добрых Мужчин и Добрых Женщин Монсегюра - около двухсот монахов и монахинь - а также около двадцати светских людей, добровольно присоединившихся к ним, приняв consolament в последний день, были сожжены вместе со своими епископами. Костер Монсегюра знаменовал конец существования организованных катарских Церквей в Окситании, но также и конец упований графа Тулузского, у которого уже не осталось никакой надежды.
cath7a.jpg

Непокорная крепость Монсегюр и рыцари-фаидиты были последней картой, которую граф Тулузький мог разыграть против папы и короля. Костер 16 марта 1244 года уничтожил как последние политические надежды, так и последнюю катар скую иерархию в Окситании.


Королевский Лангедок.

Укрепления Каркассона, как и так называемые «катарские замки», на самом деле не символизируют ни катарской ереси, ни расцвета Окситании. Это скорее печать, которую триумфальная королевская власть поставила в конце XIII столетия на своих новых южных землях.
cath8a.jpg


Каркассон и его сыны.

После 1230 года, когда виконтство Тренкавель стало регионом, управляемым французским сенешалем, королевская власть предприняла грандиозное строительство фортификаций, с целью сделать Каркассон военной базой своих южных территорий на границах с королевством Арагон. Вдоль всей линии этой границы были возведены подобные укрепления, «сыны Каркассона», «настоящая линия Мажино XIII столетия» (по выражению историка Мишеля Рокеберта). На стенах замков Кабаре и Пюилоран до сих пор видны клейма, сделанные французскими королевскими архитекторами.


Тулузское наследство.

В 1249 году, после смерти Раймонда VII, согласно постановлениям Парижского договора 1229 года, графство Тулузское перешло в руки его дочери Жанны и ее мужа Альфонса де Пуатье, брата короля Людовика IX. В 1271 году, когда эта пара умерла, не оставив наследников, Тулуза была присоединена к французской короне, а власть Капетингов стал представлять сенешаль. Линия королевских укреплений продолжилась на запад до Монсегюра (замок де Леви) и Рокефиксада.


Инквизиторские облавы.

После костра в Монсегюре 16 марта 1244 года, последнее катарское подполье, лишившись организованной структуры, начало терять всякую надежду. Остатки иерархии сумели более или менее сохраниться в изгнании, в Ломбардии, но с этого времени Церковь катаров, травимая Инквизицией, не могла уже долго бороться за выживание. Последние Добрые Люди, которых иногда защищали отряды вооруженных фаидитов, ели свой хлеб на окраинах отдаленных хуторов, и тайно, преодолевая опасности, продолжали давать утешение умирающим.


Преданные женщины.
В мирное время и в первые годы катарского подполья, Добрых Женщин было так же много, как и Добрых Мужчин, и до 1240-х годов они жили достаточно организованно. Но понемногу они исчезали, особенноп осле костра в Монсегюре и уничтожения катарской иерархии. Но их сменили не менее преданные верующие женщины, служившие опорой и поддержкой последним преследуемым пастырям.


Последние бунты.

Будучи настоящей религиозной полицией, Инквизиция имела свои отделения во всех больших городах, вызывая на допросы жителей целых деревень. Она имела собственные тюрьмы, которые, как правило, носили название Мур, она налагала аресты на имущество и сжигала трупы. К концу XIII столетия ее власть была практически безгранична. Кроме всего прочего, она занялась преследованием Спиритуалов - ветви ордена францисканцев, взгляды которых считались спорными - и запятнала себя чрезмерной коррупцией. Эксцессы стали настолько серьёзными, что население начало искать защиты у королевских офицеров и подало апелляцию Филиппу Красивому.
В 1300 году в Каркассоне начался настоящий народный бунт, во главе которого стоял францисканец Бернар Делисье. Но королевская власть, вначале поколебавшись, обрушила репрессии на «каркассонское безумие», и точно так же подавила подобные выступления против Инквизиции в Лиму, выстроив ряды виселиц, чтобы другим было неповадно.
cath9a.jpg

После того, как виконтство Тренкавель (в 1229 году) и графство Тулузское (в 1271 году) перешли под управление французских королевских сенешалей, были подавлены народные бунты, а последние Добрые Люди выслеживались и вылавливались Инквизицией.  
 
Tags: Анн Бренон книги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments