credentes (credentes) wrote,
credentes
credentes

Category:

Ч.3. Христианство Добрых Людей 1

8. Были ли катары средневековыми манихейцами?

 

         Серьезный труд, который посвятил катаризму британский историк религии середины ХХ века, сэр Стивен Рансимен, называется именно так: «Средневековое манихейство» [1]. Общее мнение 1950-х гг., основанное на средневековых антикатарских документах, и опирающееся на квазиэтнологические методы синтеза историков религии, фактически построило мосты и переходы преемственности, связующие, над временем и пространством, различные известные человечеству дуалистические религии. Оно также выстроило длинную цепь непрерывности между средневековыми катарами, античными манихейцами, древнеперсидскими культами зороастризма и маздеизма, через посредничество таинственных павликиан, а потом восточных богомилов. Однако перспективы изучения великой средневековой ереси сегодня очень изменились[2].

 

Бернар из Клерво посвящает одну из проповедей на тему Песни Песней опровержению ереси его времени – ереси апостолов Сатаны Эвервина и катаров Экберта – сформулировав там существенную ремарку о том, что манихейство – это религия, основанная на вымыслах конкретного ересиарха, человека, жившего в Персии в определенную историческую эпоху (III век н.э.) - Манеса или Мани. Современные же еретики, согласно Бернару из Клерво, намного опаснее, потому что не привязаны ни к каким извинительным человеческим бредням, и не имеют никакого идентифицируемого основателя.

Названное христианской ортодоксией ересью, окрепшей уже с начала III века, манихейство было отдельной религией, а не уклонистским христианским течением. Оно являло собой попытку синкретизма великих религиозных течений той эпохи (иудаизма, буддизма, зороастризма и т.д.), включив в себя некоторые аспекты раннего христианства. Эта религия была плодом интеллектуальной работы, духовного визионерства и даже художественного вдохновения гениального человека, Мани, который написал огромное количество текстов, священных Книг манихейства. К таким манихейским Писаниям относятся, например, «Живое Евангелие», «Сокровище Жизни», «Прагматейя», «Книга Тайн», а еще Послания Мани, и также написанные им псалмы и молитвы. Они были очень широко распространены, совпадая с географией распространения самого манихейства после мученической смерти своего основателя, по большей части христианских территорий и до Китая, где они, разумеется, были переведены на китайский язык.

Совершенно очевидно, что катары не знали ничего о манихейских святых Книгах. Ни разу, ни в каком из их собственных писаний, ни в одной цитате, приписываемой им даже католическими противниками, нет ни малейшего упоминания, ни самого незначительного отрывка из манихейских текстов. Ведь в латинском Средневековье манихейство было известно только по антиманихейским трудам святого Августина; католические клирики и катары разделяли одну и ту же культурную парадигму, и те, и другие видели в манихействе достаточно неопределенную идею… Добавим, что в единичных богумильских сочинениях, дошедших до нас – например, средневековом Новозаветном апокрифе под названием «Вопросы Иоанна» - тоже нет ни одного упоминания о манихействе, как и в писаниях катаров. Этот текст свидетельствует просто о том, что он был вдохновлен народной славянской мифологией того времени[3].

Манихейство – это очень характерная и известная религия, особенно после открытий в Наг-Хаммади. Она имеет свои святые книги, литургию, церковную организацию, клир и иерархию, метафизику и космогонию: практически, ничто здесь не имеет общих черт с катаризмом.

Манихейцы были подчинены авторитету верховного проводника: самого Мани, а потом его последователей. Начиная с него, образовалась очень жесткая иерархия, имеющая пять ступеней: двенадцать апостолов или владык, семьдесят епископов, триста шестьдесят священников, затем избранные, и, наконец, слушатели. В катарской Церкви не было ни верховного проводника, ни апостолов, ни владык, ни священников. Не было точно определенного числа катарских епископов – они избирались и посвящались по просьбе общины, становившейся достаточно многочисленной и динамичной, чтобы структурироваться в Церковь/епископство, по образцу раннехристианских Церквей.

Мы видим, что Эвервин из Штайнфельда использует термины избранные и слушатели для обозначения, наряду с верующими, двух из трех категорий еретиков своего времени. Возможно, эти два сомнительных термина он применяет, вдохновленный чтением Августина об античной ереси. Как бы там ни было, мы знаем, что у средневековых еретиков эти три категории отвечают просто понятиям клира и верных, между которыми, в середине XII века, еще была переходная категория катехуменов. Избранные, или точнее, христиане, были клириками и монахами катаризма, верующие и слушатели – их верными. В целом христиане играли священническую и пастырскую роль, не образовывая специального чина священников. Короче говоря, по церковной и иерархической организации катарская Церковь намного ближе к раннехристианской модели в целом, и даже к католицизму, чем к неизмеримо более сложному манихейству.

Существуют и серьезные различия в правилах жизни. Манихейские избранные и священники были обязаны заниматься только духовным трудом – писаниями или проповедями. Всякая физическая работа была им запрещена, они не имели права даже приготовить себе еду. Что касалось их материального благополучия, то они полностью зависели от слушателей, в то время как Добрые Мужчины и Добрые Женщины у катаров должны были зарабатывать на свои нужды трудом собственных рук и в этом смысле жили автономно от населения верующих, не налагая на них никаких податей.

У манихейцев были собственные праздники, включенные в календарь их литургии, тогда как катары, несмотря на все глупости, которые обычно говорят на эту тему, отмечали только религиозные праздники христианского календаря – Пасху, Рождество и Пятидесятницу – даже если они в эти дни работали, в отличие от христиан-католиков. Добрые Люди явно не знали ничего о священной лестнице манихейской Бемы. Они также решительно отбрасывали практику религиозных песнопений и изображений, изобретенных, согласно им, князем мира сего для отвлечения внимания верных. Наоборот, в традициях самого Мани, который был музыкантом, поэтом, художником и каллиграфом, манихейцы использовали в религиозной практике все виды искусств; песни, гимны и священная музыка манихейских церемоний явно не соответствует умеренности сурового катарского культа.

Бернар из Клерво перебросил духовный мост между античными манихейцами и современными ему апостолами Сатаны, относительно сущности их аскетических практик. Клир и тех, и других давал обет целомудрия, что, впрочем, не должно было казаться особо оригинальным цистерцианскому аббату. К тому же, они были подчинены строго вегетарианскому режиму; причем катары, включавшие в свое меню рыбу, тоже не особенно отличались от достаточно строгого режима питания самих цистерцианцев. Манихейское вегетарианство было иным, его цель состояла в освобождении частичек света, находящихся в некоторых продуктах, содержащих воду: считалось, что фрукты и овощи, поедаемые избранными, могут таким образом высвободить свои частички света для дальнейшего путешествия на луну и звезды. По этой же причине манихейцам было запрещено использование воды для питья, туалета и стирки из страха, что частичкам света может быть нанесен вред. Абсолютно никаких черт подобного фольклора нет в практике Добрых Людей, которые вполне обычно мылись и ограничивали себя в определенных продуктах только для поста, как и католический клир, который тоже мог поститься.

Но, конечно же, главные основания в обвинении катарских христиан в неоманихействе, как в их время, так и у позднейших исторических комментаторов, был аргумент дуализма. Так же, как и зороастризм, манихейство было дуалистичным. В конце XII столетия катары тоже были обличены как дуалисты, то есть, как новое манихейство. То есть, как нечто внешнее по отношению к христианству. Этот аргумент постоянно появляется в исторических трудах разного времени.

Однако, нет ничего общего между удивительной космологической и мифологической системой, основанной «пророком Света» Мани в качестве последней совершенной религии с одной стороны, и достаточно обычным катарским христианством, основанным на Новом Завете и сосредоточенном исключительно на личности Христа, провозгласившего Царствие Отца. Нет ничего более далекого от четко установленных откровений и догматов манихейской системы, завершенной и закрытой, чем тщательная и медленная работа в поисках смысла Писаний катарского христианства, всегда развивающаяся, но никогда не догматизирующаяся.

         Огромная разница между манихейским и катарским дуализмом может быть ясно сформулирована констатацией того, что последний, катарский дуализм, в отличие от первого, манихейского, по выражению Жана Дювернуа, «не является исходным пунктом, но следствием размышления и рефлексий, выводом из анализа Библии» [4]. Хоть сколько-нибудь серьезный подход к манихейству не позволяет нам признать в нем ни оснований, ни даже источников вдохновений катаризма. Всякое сходство или параллели, которые можно вообразить между двумя религиями, фактически, являются сходством и параллелями между манихейством и христианством в целом. Даже причины и тип аскетизма и дуализма являются несопоставимыми в обоих случаях. И главным нашим заключением по этому поводу будут слова Ильвы Хагман: «применять термин «манихейцы» или «неоманихейцы», говоря о катарах, было признано доктринально и исторически некорректным[5].



[1]Sir Stiven Runciman, The Medieval ManicheeCambridge, 1947.

[2]По этому вопросу существует прекрасная статья Ильвы Хагман, «Катаризм как неоманихейство?» в Heresis № 21, 1993, рр. 47-59. Я привожу здесь многочисленные подробности и тезисы этой статьи.

[3]На эту тему см. публикацию и достаточно ясный критический комментарий этого текста Эдины Бозоки, Le livre secrete des cathares, Interrogatio Ioannis, apocryphe dorigine bogomile Paris, Beauchesne, 1980.

[4]Жан Дювернуа, Религия катаров, цит., р. 42.

[5]Ильва Хагман, loc.cit., р. 59.

 

Tags: Анн Бренон книги, Анн Бренон. Жизнь и смерть
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Анн Бренон. Катарский словарик. Буква Д

    Д Дама – В окситанской лирике XII-XIII веков этим словом называли благородную женщину , которая одновременно была вдохновительницей…

  • Анн Бренон. Катарский словарик. Буква Г

    Г Гаратисты – Итальянские доминиканцы обозначали этим словом (« garatenses по латыни) в XIII веке членов катарской…

  • О посте у катаров

    О посте у катаров. В эти дни католики и православные переживают первую неделю Великого Поста. Для катарского клира - Добрых Людей – пост…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments